Этот белорус мог проявить себя в спорте, но ушел в кино. Знакомимся со звездой «Молодежки»
В начале десятых хоккейный сериал «Молодежка» ворвался в рейтинговые топы, а сыгравшие в нем актеры сразу стали популярными. Одним из них был белорусский актер Влад Канопка, исполнивший роль нападающего Андрея Кисляка. Недавно на экраны вышло продолжение истории — второй сезон спин-оффа «Молодежка. Новая смена». Мы встретились с актером в Минске и поговорили с ним о спортивном детстве, феномене «Молодежки», а также выбрали белорусских спортсменов, которые заслужили собственный байопик.
«Последние два года я активно катаюсь по Беларуси»
Владислав Канопка — белорусский актер театра и кино. Родился и вырос в Минске.
С юных лет активно занимался спортом — плаванием, современным пятиборьем и триатлоном, выполнил норматив кандидата в мастера спорта. В 17 лет переехал в Москву и поступил во ВГИК.
В 2013 году получил широкую известность благодаря одной из главных ролей в популярном спортивном сериале «Молодежка». В 2024 году вернулся к своему знаковому персонажу в продолжении проекта — «Молодежка. Новая смена», где его герой уже выступает в роли главного тренера команды.
— Владислав, насколько часто удается приезжать в Минск?
— Минск — это вообще мой самый любимый город. Я здесь родился, я тут вырос, прожил 17 лет. Тут мои родители, тут живут мои друзья и близкие. Поэтому бываю здесь часто, где-то раз в полтора месяца стабильно.
— Кем вы себя сегодня ощущаете: минчанином или уже больше москвичом?
— В Москве я живу уже лет двадцать, но ассоциирую себя, конечно же, с Минском. У меня два любимых города: Минск и Москва. Знаете, есть города, в которые приезжаешь просто как турист, смотришь достопримечательности и уезжаешь. А это именно любимые места, к которым по-настоящему прикипел душой. Например, я искренне люблю старый город, исторические места, ратушу... Мне очень нравится наш Ботанический сад и, конечно, сам проспект Независимости. Это же одна из настоящих архитектурных достопримечательностей среди стран бывшего СССР.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
— Вы ограничиваетесь только Минском или путешествуете по стране?
— Последние два года я активно катаюсь по Беларуси на машине и открыл для себя страну с совершенно другой стороны. Я немного углубился в историю, которая тесно связана с Великим княжеством Литовским, Речью Посполитой... Я рос уже в постсоветское время, и Беларусь ассоциировалась у меня в первую очередь с Советским Союзом. Но ты начинаешь ездить и видишь, сколько здесь потрясающего исторического наследия: готика, костелы барочного типа, замковые Мир, Несвиж.
В Гродно стоит прекрасный замок, в Новогрудке — руины, которые, надеюсь, со временем отреставрируют. В июле ко мне на три дня приезжают друзья из России, и я уже готовлю для них культурную программу. Буду показывать им Беларусь. Уверен, им понравится увиденное.
«Я понял, что не достигну в спорте каких-то высот, и завязал»
— Владислав, раз уж мы заговорили про минское детство, у вас ведь был довольно серьезный спортивный бэкграунд до того, как вы ушли в актерство.
— Да, я был спортивным парнем. Сначала плавание, параллельно карате. Плаванием занимался тут недалеко, на Академии наук комплекс спортивный, там, где бассейн олимпийского резерва. Потом карате как-то отвалилось, плавание осталось, и я перешел в современное пятиборье. Тренировались на улице Столетова.
— А какие виды из пятиборья лучше всего получались?
— У меня плохо получалась стрельба — я волновался. Может быть, просто был какой-то период пубертатного развития. Я не мог сосредоточиться. Нервничал очень. А плавание хорошо получалось, фехтование мне нравилось. Бег давался чуть хуже и конный спорт не очень любил. Нужно было каждое воскресенье, в семь утра, ездить в Ратомку кататься на лошадях. Позже перешел в триатлон, выполнил норматив кандидата в мастера спорта, закрыл спортивную карьеру и стал уже учиться, поступать в институт.
— Неужели в спорте не было перспектив?
— Я всегда объективно оценивал свои силы: был таким крепким середнячком, постоянно держался где-то в десятке, но на самые топовые позиции никогда не выходил. Один раз мы с командой по пятиборью заняли третье место в чемпионате Беларуси. Но это были командные соревнования. На личном уровне я... Поэтому и ушел, так как понял, что не достигну в спорте каких-то высот.
«После шайбы Копатя шведам я плохо спал»
— В детстве часто ходили на стадион?
— Конечно! Футбол очень любил и до сих пор люблю. Отлично помню, как мы с отцом ходили на стадион «Динамо» на матч сборных Беларуси и Италии. Это был конец 90-х годов. Я тогда увидел великого Алессандро Дель Пьеро вживую — был совсем юным, но воспоминания остались просто приятнейшие. На минское «Динамо» тоже, бывало, заглядывал.
— А если говорить о хоккее, что из того времени запомнилось?
— Особо им тогда не увлекался. Помню разве что тот исторический матч со шведами на Олимпиаде-2002. Когда Владимир Копать забросил ту шайбу за шиворот шведскому голкиперу Томми Сало, я испытал очень сильные эмоции. Отлично помню, что после той игры даже плохо спал ночью. А на следующее утро пришел в школу, и победу обсуждали абсолютно все: от детей до учителей.
Это же по-настоящему кинематографичная история об аутсайдере, который выигрывает у одной из самых сильных сборных мира. Вот такие вещи достойны своего фильма.
— За кем из белорусских спортсменов следите прямо сейчас?
— Обязательно слежу за Ариной Соболенко, она сейчас шумит по всему миру. Пожалуй, на всем постсоветском пространстве Арина — спортсменка номер один по уровню медийности и своим результатам. Матчи не особо смотрю, скорее слежу за соцсетями, новостями и инфоповодами. Был момент, когда кто-то сказал мне, что она лайкала мои фотографии еще во времена, когда шла «Молодежка». Говорю: «Да ладно!» Думал ей даже написать. Она здорово себя подает: раскованная, обаятельная девчонка, прям очень нравится.
— А какой вид спорта больше всего нравится?
— Футбол. Я за «Барселону» болею, давно уже, где-то с 2009 года. К сожалению, «Барса» не прошла дальше в Лиге чемпионов, но на таком уровне решают любые недочеты, там даже удача важна. В финале болел за ПСЖ. Я люблю поддерживать тех, кто слабее, когда уже не за «Барселону». Но Париж чем-то импонирует. Да и Луис Энрике раньше играл за «Барсу». У него такая харизма! Я даже когда готовился к «Молодежке», пытался какие-то манеры с него снимать. Но потом понял: совсем не моя органика. Он такой неврастеничный, а я помедленнее. Но как он заряжает! Эти мотивационные видео из раздевалки, где он говорит: «Мы можем вылететь из Лиги чемпионов, мне плевать, но главное, чтобы мы играли в футбол! Я не боюсь этого». Гений. Вообще приятно смотреть на этих специалистов, которым по 50 лет. Тот же Гвардиола — сколько у него, шесть титулов АПЛ за десять лет? С ума сойти просто.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
«Глеб заслужил, чтобы про него сняли кино»
— В 2009 году за «Барселону» играл белорус Александр Глеб. Его переход как-то повлиял на ваши симпатии?
— Слушайте, тогда я не так сильно интересовался, чтобы это как-то могло на меня повлиять. Это потом уже начал пересматривать матчи и осознавать масштаб: ничего себе, Глеб в «Барсе»! Недавно смотрел его интервью, в котором он говорил, что переход из «Арсенала» в «Барселону» был ошибкой. Но для постсоветского пространства это просто уникальный спортсмен, который играл на реально мировом уровне в топ-команде.
— Заслужил ли Глеб, чтобы про него сняли большое художественное кино?
— Абсолютно. Глеб для нас, для Беларуси — это уникальный спортсмен. Как минимум крутую документалку он обязательно заслужил.
— Сами хотели бы его сыграть?
— Мы немного разного типажа, да и возраст уже не тот. Мне скоро сорок, а там надо играть молодого Глеба. Кстати, я недавно сыграл знаменитого хоккеиста и футболиста Всеволода Боброва в одном документально-художественном проекте. А вот Глеба отдадим каким-нибудь молодым артистам. Я люблю, когда в байопиках есть реальное сходство. Навскидку даже не скажу, кто бы его мог сыграть. Нужно искать молодых ребят.
— Окунемся в историю белорусского футбола: ту самую победу БАТЭ над мюнхенской «Баварией» в 2012 году помните?
— Да! Мы как раз тогда активно снимали первую «Молодежку». Я смотрел эту игру на ноутбуке прямо на съемочной площадке. Слушай, это те моменты, за которые мы и любим футбол. Когда смотришь, у тебя просто дичайшие эмоции на уровне какого-то огромного выброса дофамина. Гордость — вот правильное слово. Помню, что БАТЭ тогда тренировал Виктор Ганчаренко.
— Он, кстати, с конца прошлого года стал главным тренером сборной Беларуси.
— Это круто! Он классный специалист, уникальный дядька. Я смотрел интервью, где он рассказывал, как они с ЦСКА обыграли мадридский «Реал». Говорит, был такой дикий стресс и перевозбуждение, что они с супругой после того матча поехали отдохнуть на несколько дней — образовалась небольшая пауза в графике. И вот он идет по городу, чувствует прилив энергии, а потом просто падает в обморок. Врачи сказали, что это от огромного стресса вперемешку с такими мощными позитивными эмоциями.
«Давно не был на „Минск-Арене“»
— Следил за их сезоном в КХЛ. «Динамо» в этом году очень хорошо шло, прям красавчики. Обидно, конечно, что вылетели в 1/4 финала плей-офф от казанского «Ак Барса».
— Удалось на «Минск-Арене» в этом сезоне побывать?
— Я в целом на «Минск-Арене» был дважды, на «Чижовке» — пару раз. На «Чижовке», помню, до 2018 года мы с товарищами вели мероприятия, связанные с чемпионатами среди детских хоккейных команд. А вот конкретный матч на «Минск-Арене» был давно, сейчас уже не вспомню.
— Есть желание сходить на матч снова?
— С удовольствием, если будет возможность. Если позовут люди, связанные с командой, я только за, без каких-либо запросов. Мы, кстати, хотели сделать совместный проект с КХЛ: чтобы я и кто-то из хоккеистов «Динамо» ходили по знаковым местам и рассказывали про Минск. Но команда тогда попала в плей-офф, и нам сказали: «Ребята, сейчас не надо отвлекаться».
«Я никогда мажором не был и не высокомерил»
— Владислав, вы пришли в сериал, который стал абсолютным суперхитом. Из-за роли не было звездной болезни?
— Нет, я такими категориями не мыслю. Во-первых, я пришел в проект уже довольно взрослым парнем, мне было 24 года. Во-вторых, всю эту лишнюю спесь нам педагоги жестко сбили еще на первом курсе ВГИКа. Мы тогда приехали поступать из разных стран: из Беларуси, Казахстана, Украины, Армении, российских регионов. Коренной москвич на курсе был вообще только один. В какой-то момент мы поступили и поймали звезду: мол, мы же студенты главного киновуза!
А преподаватели в первую же неделю опустили нас на землю и доходчиво объяснили, кто мы есть на самом деле. Поэтому я мыслю киношными, сугубо производственными категориями. Я люблю нашу «Молодежку», это классный проект, но прекрасно понимаю, что есть великое, недосягаемое кино вроде «Крестного отца» или «А зори здесь тихие». Так что нос я никогда не задирал, просто честно работал на площадке.
— В новой «Молодежке» ваш герой Андрей Кисляк становится тренером. Как вы искали этот образ?
— Он собирательный. Безусловно, я отталкивался в первую очередь от своей собственной психофизики. Очень многое перенял от тренера Макеева из первой «Молодежки», которого играл Денис Никифоров. Когда долго работаешь с человеком, волей-неволей замечаешь его повадки. Еще я наблюдал за многими хоккейными и футбольными тренерами, подмечал, как они ведут себя в раздевалке. Как уже говорил, что-то хотел перенять от Луиса Энрике, начал пробовать, но понял, что не мое — он более динамичный. Получился такой инструктивно-собирательный образ: моя психофизика плюс актерские фишки Дениса Никифорова.
— Может, на кого-то из тренеров любимой «Барселоны» хотелось походить? Например, на нынешнего тренера Ханси Флика или бывшего — Пепа Гвардиолу?
— Ханси Флика в раздевалке я, кстати, не видел. По-моему, он более сдержанный. Я все-таки более неврастеничный, чем Флик, но менее, чем Энрике. Гвардиола? Ну слушай, может быть. Тут ведь как: либо ты абсолютно статичный и безэмоциональный, как Валерий Лобановский (я его в молодости не видел, но застал уже взрослым, там вообще эмоций не было), либо как Энрике или Антонио Конте, который может сожрать кого угодно. И ты ищешь что-то среднее в этом диапазоне, более похожее на твою психофизику.
— А вы глубоко погружены в тему футбола и искренне им интересуетесь.
— Да, все так. Касаясь «Барселоны», жаль, кстати, что Роберт Левандовский ушел. Реально прикольный слоган запустили на ТВ: «Пришел звездой, ушел легендой». Он же всего за четыре года вошел в десятку лучших бомбардиров «Барсы» за всю историю! Топ-результат. После Месси и Роналду Левандовский по своим бомбардирским качествам железно на третьем месте в мире.
— А если вернуться к первой части «Молодежки», когда вы сами играли хоккеиста, — на кого тогда ориентировались?
— На самом деле ни на кого конкретно. Я шел исключительно от сценарной, драматургической задумки. Мне нужно было играть высокомерного мажорика, поэтому эти краски просто накладывались на мой образ. При этом в жизни я никогда мажором не был и не высокомерил, так что приходилось искать эти черты в себе. Конечно, просматривал и матчи молодежной сборной. Кстати, сама идея «Молодежки» ведь родилась после сумасшедшего камбэка в 2011 году, когда молодежная сборная России выиграла у Канады со счетом 5:3. Продюсеры под впечатлением от этой победы и решили запустить проект. Я отсматривал поведение молодежи на льду, но в целом больше отталкивался от себя.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
«Если рейтинги сериала хорошие — вероятно, продолжение будет»
— Кого чисто физически легче было играть: молодого хоккеиста или тренера на скамейке?
— Тренера стопроцентно легче! Ты просто стоишь на тренерском мостике в костюме и раздаешь команды. Это куда менее энергозатратно, чем носиться по льду. Хотя съемочная смена у актера все так же длится 12 часов. Но вот с точки зрения именно актерской игры тренер сложнее: у тебя гораздо больше текста, больше эмоциональных сцен в раздевалке, где нужно искренне тратиться, толкать ребятам пламенные мотивационные речи.
— После съемок в «Молодежке» вас наверняка часто приглашают на хоккейные матчи?
— Да, я в Москве провожу больше времени, там и зовут чаще. На матчи «Спартака», например, регулярно зовут. У меня ребята знакомые за «Спартак» болеют, а я сам — так, нейтрально.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
— Если брать актеров «Молодежки», кто за кого болеет в реальной жизни?
— Я скажу так: у нас Денис Никифоров, который играл нашего тренера Сергея Макеева, — сам коренной москвич. И он с самых ранних лет болеет за московское «Динамо», знает всю их историю от и до. У него просто феноменальные познания. Как раз благодаря этому он познакомился с Олегом Знарком (бывший тренер сборной России по хоккею. — Прим. Onlíner). Знарок тогда нас поводил везде, мы посмотрели, как все устроено на базе сборной России, когда только внедрялись и готовились к проекту.
Другие актеры — Иван Мулин, Александр Соколовский, Иван Дубровский — сами в хоккей играют и на коньках катаются на хорошем уровне. Сам из действующих хоккеистов хорошо знаком и дружу с Андреем Мироновым. Он сейчас как раз в «Спартаке» играет. Недавно вместе собирались: жарили барбекю и отлично посидели.
— Почему характер вашего героя так сильно изменился в новом сезоне?
— Это вопрос к сценаристам. Зрителю неинтересно смотреть на одно и то же из сезона в сезон. Персонажи закончили свою арку, и продолжать их вести по той же линии скучно. Поэтому их характеры максимально повели по диагонали поведенческой линии. С какими-то решениями я согласен, с какими-то нет, но мне повезло — мой герой за эти годы был очень разным, неоднозначным. Играть такого всегда интересно.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
— Будет ли третий сезон новой «Молодежки»?
— Честно — без понятия. Все зависит исключительно от рейтингов. Даже самый хороший в плане художественной составляющей проект не застрахован от закрытия, если у него низкие цифры. Канал живет за счет рекламодателей. Если рейтинги хорошие — вероятно, продолжение будет.
«Никто не ждал, что будет такой всплеск»
— В сериале есть команда «Зубры», и тренер у них — герой Александра Соколовского. Кому пришла идея добавить в сюжет такой реверанс в сторону Беларуси?
— Сценарная группа сериала — белорусы, команда Леонида Купридо. Поэтому логично, что они прописали такой международный турнир и вписали туда белорусский клуб. Для меня это приятно было.
— Узнают ли вас сейчас на улицах Минска? Ведь столько времени прошло.
— Буквально сегодня был у стоматолога, подошли девчата лет двадцати, сфотографировались. Причем, казалось бы, когда сериал только выходил, они были совсем маленькими. Вышел новый сезон, и это дало очередную волну узнаваемости. Школьники 16—17 лет смотрят новые серии, а потом начинают пересматривать старые. Идет такое постоянное обновление аудитории.
— Ожидали ли вы, что сериал соберет такие высокие рейтинги на стриминговых сервисах?
— Нет, никто не ждал, что будет такой всплеск. Это стало приятным шоком даже для нас самих. Мы смотрели на эти 800 тысяч оценок и не верили. Видимо, просто пришло время, произошла некая революция в каналах распространения, зритель массово ушел на платформы, адаптировался к ним. И сериал нашел новую аудиторию. Наш проект очень добрый, в нем яркая мотивационная составляющая. Никаких жестких подводных камней.
— Насколько история «Молодежки» остается актуальной?
— Понятно, что хоккей можно снимать по-разному — с матами, грязью, как это любят на стримингах для реалистичности. Но у нас была задача сделать именно семейную, мотивационную историю, и она получилась. Считаю, что сериал актуален по сей день, его можно снимать хоть 30 лет, просто меняя поколения персонажей.
«Пару раз покатался и думаю: „Не, я что-то стар для этих дел“»
— Владислав, может, на любительском уровне продолжаете играть в хоккей? Навыки катания сохранились?
— Мышечная память, безусловно, осталась. Если встать на коньки, за полчаса можно все вспомнить. Но сейчас у меня нет особой мотивации ходить и играть зимой даже с любительскими командами. У меня есть знакомые, которые продолжили катать, им это нравится. Но в силу времени обычно такие тренировки проходят поздно вечером, часов в девять или позже. Пока доедешь до арены с огромными баулами — полтора часа, потом интенсивная игра, домой возвращаешься к 12 ночи. Нервная система дико взбудоражена, еще два часа уснуть не можешь. Я пару раз покатался и думаю: «Не, я что-то стар для этих дел».
— А хоккейная экипировка осталась?
— Из экипировки у меня остались только коньки, да и те я отдал покататься знакомому предпринимателю и забыл забрать. Говорю ему: «У меня их много, катайся». А все остальное я честно раздарил. Оставил себе на память только одно-единственное игровое джерси из самого первого сезона 2013 года. Вот его никому не подарю, это память.
«Хочется сделать реально качественное независимое белорусское кино»
— Вы упоминали, что у вас есть идеи по поводу съемок кино в Беларуси. Это пока только мысли или дело уже идет к реализации?
— Это уже больше, чем просто идеи. Я сейчас как продюсер запускаю свой первый полный метр: познакомился здесь с ребятами, с киношниками. У меня есть огромное желание и даже внутренняя потребность снять кино от Беларуси, чтобы покатать его по фестивалям. Белорусский кинематограф пока не так широко представлен на международных площадках, да и в целом индустрия здесь развита не так сильно, как в России. Поэтому хочется сделать реально качественное независимое белорусское кино.
У нас уже есть написанные сценарии. Один проект мы сейчас запускаем. Второй тоже полностью готов, а третий мы как раз дописываем — дай бог, к июлю закончим. Хотя со сценариями всегда так: ставишь один дедлайн, а по факту сроки сдвигаются. Нельзя же запускать в работу сырую вещь, надо все довести до ума. В общем, есть одна очень интересная история, и я попробую реализовать ее здесь в ближайший год, если все сложится.
— Это можно назвать переходом от актерства к продюсированию?
— Нет, я же сам себе роль прописываю, и там она конкретно под меня. Это все работает в совокупности. Индустрия одна, просто у меня теперь немножко другая позиция. Но продюсированием я занимаюсь в том числе и для того, чтобы снимать самого себя.
— Если вспоминать известных белорусских хоккеистов, на ум приходит Руслан Салей. Как думаете, его жизнь заслужила полнометражный фильм?
— Безусловно. Такие личности — это огромный пласт для кино. В спортивных байопиках всегда есть мощная идейная и мотивационная составляющая: взлеты, падения, характер, сила воли. Это то, что нужно зрителю. Сейчас, с приходом стриминговых платформ, формат документалистики вышел на очень качественный уровень.
Тут еще дело в том, что масштабные байопики — это дорогое удовольствие. Независимые компании такие вещи на свои деньги не вывезут. Здесь нужна львиная доля государственного финансирования, коллаборация с Министерством культуры. Такие проекты крайне сложно окупить в обычном прокате. Поэтому тут либо должен быть госзаказ, либо продакшены должны плотно сотрудничать с государством. Возьмем того же Александра Медведя — это легенда, три олимпийских золота! Знаю, что готовился проект про него, но, похоже, пока не реализовали.
— А если бы вам предложили роль в таком байопике — например, сыграть того же Медведя, — согласились бы?
— Мне всегда интересен хороший материал. Я отталкиваюсь от драматургии: читаю сценарий и понимаю — резонирует это со мной или нет. Бывает, что темы крутые, а драматургия на бумаге прописана слабо. Если материал сильный — конечно, почему нет? С удовольствием бы поучаствовал. И хотя сам я сейчас больше тяготею к художественному кино, байопик — это очень интересный формат. Может, когда-нибудь и до этого дойду.
Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ng@onliner.by