Никто не верил, что он снова выйдет на площадку после страшной аварии. Но он смог
Дмитрий Камышик — человек с уникальной для белорусского спорта историей. Десять лет назад гандболист попал в страшную аварию во время отдыха в Таиланде и оказался прикован к больничной койке. Ему пришлось заново учиться ходить. Врачи оформили инвалидность, а о возвращении на площадку тогда никто даже не говорил. Но Камышик не сдался. Он не только вновь начал играть, но и вернулся в сборную Беларуси, а затем еще несколько раз стал чемпионом страны. Однако даже самым стойким спортсменам рано или поздно приходится заканчивать карьеру. Недавно 36-летний гандболист объявил, что, скорее всего, недавно завершившийся сезон станет для него последним. В большом интервью Onlíner Дмитрий рассказал, почему выбрал гандбол, как сумел вернуться на паркет после страшной травмы и чем планирует заниматься после завершения карьеры.
«Накал в матчах между СКА и „Мешковым“ каждый год запредельный — все-таки это лучшие клубы страны»
Армейский зал встречает нас выключенными лампами, тотальной тишиной и пустыми трибунами. А ведь еще несколько недель назад здесь не сдерживали эмоций болельщики, а на площадке минский СКА и «Мешков Брест» разыгрывали очередное чемпионство. На этот раз сильнее оказались брестчане, а для Дмитрия Камышика тот матч стал последним в карьере на домашней площадке. Позже он провел еще несколько игр в финале международной СЕХА-лиги и, по-видимому, принял окончательное решение: пора заканчивать карьеру.
— Хорошо, что закончили сезон на победной ноте — обыграли в матче за третье место СЕХА-лиги ставропольский «Виктор», — присаживаясь на трибуну, говорит Дмитрий. — Конечно, в этом сезоне нам хотелось добиться большего, но получилось так, как получилось. Мы стремились выиграть чемпионат, по ходу сезона показывали хороший гандбол, но в плей-офф все пошло не по плану. Почему так вышло? Думаю, не хватило опытных ребят, которые знают, что такое решающие матчи. Не хватило и длины скамейки. У нас молодая команда, которая не сумела переломить ход встречи. В прошлом году это получилось, а в этот раз — нет. Конечно, мы рассчитывали совсем на другой результат, но это спорт: побеждать удается не всегда. Главное, что выиграли последний матч и ушли в отпуск в более-менее хорошем настроении.
— В финальном матче напряжение было настолько высоким, что в какой-то момент вы не сдержали эмоций и вступили в потасовку с соперником — Максимом Барановым.
— На этот эпизод повлияли не наши эмоции. За 25 секунд до конца матча тренер «Мешкова» взял тайм-аут, чтобы поблагодарить своих болельщиков. Перед хозяйскими трибунами так не поступают. А Баранов за несколько секунд до сирены решил вколотить гвоздь — забросить мяч, когда исход встречи уже был ясен и его команда вела с большим преимуществом. Так не делается. Зачем так поступать? Хотелось еще раз забросить и что-то доказать? Но вы уже все доказали. Мы признаем вашу победу, вопросов нет. Просто, на мой взгляд, нужно уважать любого соперника.
— С Барановым обсудили потом эту ситуацию?
— Нет. Мы не обсуждали. Мы не общаемся, и нам нечего друг другу объяснять. У каждого есть свое мнение.
— Этот эпизод станет дополнительной интригой перед новым сезоном?
— Какие-то дополнительные поводы всегда появляются. СКА и «Мешков» — главные клубы страны. Они каждый год борются за чемпионство и все внутренние трофеи. Накал в этих матчах всегда запредельный, и болельщики с нетерпением ждут каждого такого противостояния.
«Папа больше хотел, чтобы я был футболистом, нежели гандболистом»
Дмитрий Камышик родился в 1990 году в Минске. В детстве он занимался футболом в минской школе РЦОР-БГУ. Мальчишкой был высоким, поэтому его предсказуемо поставили в ворота. Но проводить все время в рамке ему не нравилось — хотелось играть в поле. В итоге с футболом пришлось завязать, зато Камышик нашел себя в другом игровом виде спорта — гандболе.
— Когда я учился в пятом классе, к нам в школу пришли набирать детей в спортивную секцию. Мы с ребятами носились по школьным коридорам, меня остановил тренер и предложил попробовать себя в гандболе. Если честно, мы с друзьями тогда даже не знали, что это за вид спорта. Но пошли заниматься в РЦОР на улице Филимонова. Было интересно, хотя папа не хотел, чтобы я бросал футбол. Наверное, ему больше хотелось, чтобы я стал футболистом, а не гандболистом. Он работал дальнобойщиком, и, когда уезжал в рейсы, я все чаще ходил на гандбол. Потом мама как-то сказала: «Нужно сделать выбор. Что тебе больше нравится?» Я выбрал гандбол. Папа, когда узнал об этом, немного расстроился, но в итоге принял мое решение.
С ним, кстати, было непросто. Уже потом, когда он приходил на мои матчи, постоянно давал советы как болельщик, и мы нередко спорили. Папа вообще не мог смотреть игры сидя — все время стоял. А если переживал особенно сильно, мог даже уйти с трибун. Заядлый был болельщик.
В 2007 году Дмитрий дебютировал на профессиональном уровне в составе минского «Аркатрона», которым руководил его детский тренер Владимир Азов. Спустя несколько лет он подписал контракт с минским «Динамо» — амбициозным проектом, который должен был составить конкуренцию СКА и «Мешкову» в чемпионате Беларуси, а также заявить о себе в еврокубках. И клубу это удалось: собрав сильный по белорусским меркам состав с несколькими легионерами, минчане дошли до 1/8 финала Лиги чемпионов.
— Жалко, что такой клуб так быстро взлетел и так же быстро прекратил свое существование. Это была хорошая команда с сильным административным штабом, который устраивал для болельщиков настоящее шоу. За короткое время «Динамо» завоевало немало титулов и добилось успехов не только в чемпионате страны, но и в еврокубках. Думаю, все гандбольное сообщество было в шоке, когда клуб закрыли, — вспоминает Дмитрий. — Как я там оказался, уже не помню. Наверное, позвонили Азову, все между собой обсудили, а потом решили поговорить и со мной. Я приехал вместе с отцом, и мы договорились. Для меня, молодого игрока, было очень интересно попасть в клуб, где выступали такие известные гандболисты, как Дмитрий Никуленков, Сергей Шилович, Денис Рутенко, Максим Бабичев... Я мечтал оказаться в такой команде, и мне это удалось.
Там, в коллективе, такая сложилась домашняя атмосфера! Каждый игрок дополнял друг друга, и, откровенно говоря, это была чистая семья. Думаю, все, кто там играл, ничего плохого об этой команде сказать не может. Все были друг за друга.
В «Динамо» Дмитрий Камышик провел совсем немного времени. Как вспоминает сам гандболист, он был молодым и перспективным, однако выиграть конкуренцию у опытных игроков оказалось непросто. В то время хотелось как можно больше выходить на площадку, прогрессировать и пробиваться в сборную, поэтому Дмитрий решил перейти в СКА.
— Когда я приходил в СКА, уже не было разделения на молодых и старших: все всегда хорошо общались. А нагрузки были серьезными — и раньше, и сейчас, при тренере по физподготовке Вадиме Сашурине.
— Знаю гандболистов, которые не любят бегать кроссы. А что не любите вы?
— Мне лучше пробежать несколько коротких ускорений, чем изнуряющий кросс. Раньше при Спартаке Мироновиче мы в СКА бегали максимум шесть километров — и все. Он любил акробатику, давал упражнения с набивными мячами, чтобы во время игры, когда приходилось падать, мы могли правильно сгруппироваться. Мы также прыгали и бегали по песку... А при Вадиме Сашурине мы начали бегать и по 20 километров. Для меня это что-то с чем-то!
— Это же почти как Минский полумарафон.
— Да, и в ближайшую предсезонку ребята тоже кросс побегут. Как это выглядит? Бежим вокруг Дубровского водохранилища рядом с Раубичами. Все не так страшно: чередуем нагрузку — 10 минут бежим в хорошем темпе, затем переходим на трусцу. За три часа справляемся. И есть ребята — наверное, половина команды, — которые спокойно преодолевают эту дистанцию, а в конце еще рывки делают, чтобы обогнать Сашурина.
— Правда, что Сашурин, которому 56 лет, всегда бежит вместе с вами?
— Да. И независимо от того, сколько мы бежим, он всегда впереди, всегда задает темп. Это человек-уникум! Ему уже за 50, а он делает это словно на одном дыхании.
Камышик продолжал совершенствоваться и вскоре получил предложение от брестского «Мешкова». Причем произошло это прямо во время тренировочного сбора в Малорите. Ситуация получилась необычной: гандболисту даже не пришлось возвращаться в Минск — он просто переехал из одной гостиницы в другую.
— Тогда, если честно, многие хотели уехать за рубеж. А я никуда уходить не планировал. Но прошло пару дней сборов, мне позвонил директор «Мешкова» и сказал, что нам нужно поговорить. Мы встретились, и мне сразу сказали: «У нас есть предложение. Завтра ты уже должен дать ответ. Если согласен, мы сразу заберем тебя из Малориты». Это был шок. Но, поговорив с родными и тренерами СКА, я решил, что стоит попробовать.
— Это был трансфер или вы перешли как свободный агент?
— Нет, речь про трансфер. Брест меня выкупил у СКА, на тот момент у меня был контракт с командой.
— Если не секрет, сколько клуб за вас получил?
— Я не знаю, сколько за меня заплатили. Тогда спортивным директором СКА уже был Андрей Крайнов, и руководители клубов сами обо всем договаривались. Но ребята в нашем кругу шутили, что я долгое время оставался самым дорогим игроком чемпионата Беларуси. В свое время «Динамо» заплатило за меня «Аркатрону», а потом и «Мешков» — СКА. Предположу, что речь действительно шла о немалых деньгах.
«Мы не планировали ехать в отпуск, но в итоге все же решили отдохнуть»
В составе «Мешкова» Камышик несколько раз становился чемпионом Беларуси, играл за национальную сборную и привлек внимание зарубежных клубов. Однако в 2016 году произошло событие, которое кардинально изменило его жизнь. Даже спустя годы спортсмен вспоминает о нем неохотно. После окончания сезона, летом 2016-го, Дмитрий, несмотря на несколько привлекательных предложений из Германии, продлил контракт с брестским клубом и вместе со своей будущей супругой Алесей отправился в отпуск в Таиланд, на Пхукет.
— Мы, если честно, вообще не планировали никуда ехать. Я думал, что поеду играть за рубеж, нужно было готовиться к новому клубу, но все изменилось. И мы решили: раз так, можно все-таки слетать куда-нибудь в отпуск. Тем более Таиланд был для меня чем-то новым — до этого я отдыхал только в Испании и Египте.
Все шло хорошо, но за несколько дней до окончания отпуска пара решила съездить на ферму аллигаторов. Ребята вызвали тук-тук — трехколесное мототакси — и поехали смотреть хищников. Однако на одном из склонов водитель не справился с управлением и пассажиры вылетели на противоположную часть дороги — Дмитрий влетел в столб.
Белорусов сразу же госпитализировали. Повреждения оказались серьезными: гандболист не мог встать на ноги, у него диагностировали перелом. В больнице он провел около недели.
— Это было трудное время. Мы хотели как можно быстрее улететь к своим врачам. В Беларуси ты хоть и лежишь на больничной койке, но все равно дома. А там мы просто не понимали, что происходит. Во-первых, было тяжело из-за языкового барьера, а во-вторых, мы не понимали, что с нами будут делать и как вообще пройдет лечение. Да и атмосфера в тайских больницах сильно отличалась от нашей. В одной палате могло находиться до 12 человек, некоторые даже лежали на полу. Пережить все это было очень страшно — это сильно било по психологическому состоянию. Мы, повторюсь, не понимали, чего от нас хотят и почему не отпускают домой. Позже я понял: пока не сделаешь хотя бы два шага самостоятельно, тебя не выпишут. Но мы все равно улетели сразу после операции. Всю организацию взяла на себя моя девушка — где-то раздобыла инвалидное кресло. Закрыть все счета помогла Алесина тетя, которая жила в одной из азиатских стран. Очень помог и мой тогдашний клуб, а также отдыхавший в Таиланде вместе с женой одноклубник Янко Божович. Они встретили нас и отвезли в аэропорт.
Летели через Москву. Все прошло хорошо. Что бы ни говорили о российских авиалиниях, нам очень помогли: бесплатно поменяли билеты и сделали все, чтобы мы комфортно долетели домой. Даже в Москве все наши вещи из терминала в терминал доставили сами.
Уже в Минске Дмитрия сразу отправили в Республиканский научно-практический центр травматологии и ортопедии — об этом договорился врач брестской команды Виктор Бурый. Там выяснилось, что у спортсмена повреждены еще и связки. Пришлось снова перенести несколько операций, провести на больничной койке около двух месяцев и пройти долгий путь реабилитации. Камышику, по большому счету, заново пришлось учиться ходить, и о возвращении в спорт тогда, разумеется, никто даже не говорил.
— Я постоянно спрашивал: «Так а что со спортом?», а мне отвечали: «Давай ты для начала просто начнешь ходить и будешь чувствовать себя полноценным человеком». Никто не рассчитывал, что я вернусь на площадку. Врачи понимали, насколько серьезные травмы я получил.
Через некоторое время Камышик объявил о завершении карьеры, а в 2017 году ему присвоили инвалидность. Из-за этого «Мешков» был вынужден расторгнуть с ним контракт. Дмитрий вспоминает, что морально переживать происходящее было очень тяжело. Впереди его ждала долгая и монотонная реабилитация под присмотром врачей. Но все это время рядом были близкие, представители «Мешкова» и друзья. Они регулярно навещали Дмитрия, не давали ему раскиснуть, подбадривали и убеждали, что все обязательно будет хорошо.
— И делать первые шаги я впервые попробовал благодаря друзьям. Ребята присутствовали рядом со мной ежедневно: мы играли в приставку, ездили на дачу и все время общались. И в какой-то момент друзья оставили меня одного в комнате, а сами пошли играть на приставке и сказали: «Если хочешь, сам доберешься», забрали кресло, с которым я по дому передвигался. Все. Мне пришлось попробовать.
— Если не ошибаюсь, вы тогда размышляли над тем, чтобы попробовать себя в какой-то другой сфере.
— Нужно было чем-то заниматься. Если со спортом, из которого я ушел так резко и неосознанно, не получилось, то нужно было пробовать себя в чем-то другом. Друзья, не связанные со спортом, предлагали разные варианты, и я пытался. В основном это были небольшие бизнес-проекты, в том числе в сфере продаж. Но в душе мне все равно хотелось оставаться в гандболе. Думаю, ни один спортсмен не способен просто взять и вычеркнуть из своей жизни любимое дело.
«После возвращения на площадку я не смог сдержать слез в раздевалке»
Дмитрия постоянно тянуло на арену: он нередко посещал матчи БГК имени Мешкова и минского СКА. В какой-то момент в зале баскетбольного клуба «Цмокі», где Дмитрий проходил реабилитацию, разрабатывал опорно-двигательный аппарат у врача Александра Кривцуна, он встретил тренера армейцев Игоря Папругу. Тот и предложил прийти не на матч, а на тренировку: посмотреть, побыть с командой и почувствовать командный дух, по которому так соскучился Камышик.
— Я, конечно же, согласился. Пришел и постепенно стал ходить на тренировки, параллельно работая над реабилитацией. Хотя я просто приходил в СКА ради атмосферы и не думал, что у меня вообще что-то получится. Да, я мог ходить, но бегать у меня еще не получалось. Но постепенно я стал приходить в форму.
— Кто вам предложил вновь попробовать себя в гандболе?
— Со временем я стал приходить в СКА едва ли не каждый день. Делал это прежде всего для себя. Когда уже смог более-менее нормально передвигаться, спортивный директор Андрей Крайнов предложил позаниматься с Вадимом Сашуриным. Сказал, что его тренировки могут помочь восстановиться. Было тяжело, но я решил попробовать.
В какой-то момент меня стали подпускать к команде. Как именно это произошло, уже не помню, но однажды мне предложили выйти на официальную игру. Меня выпустили на несколько минут в гостевом матче с «Гомелем» [в сентябре 2018 года], чтобы я просто снова почувствовал площадку. Именно тогда я сумел психологически переломить себя. После этого стало легче. Я снова почувствовал себя спортсменом.
Что я тогда испытал? Для всей семьи, друзей, близких это было что-то невероятное. Все были в шоке.
— Вы плакали от счастья?
— Это были слезы радости. В тот момент я понял, что сумел доказать всем, кто не верил в мое возвращение, что они ошибались.
«Хочу помочь клубу, который в трудное время подставил мне плечо»
Дмитрий не просто вернулся в спорт — после тяжелой травмы он провел несколько ярких сезонов за СКА, вновь стал чемпионом Беларуси, закамбэчил в сборной и даже успел поиграть за питерскую «Неву». Готовый сценарий для фильма о том, что человеку подвластно если не все, то очень многое. Если, конечно, по-настоящему этого хотеть и ежедневно работать над собой. Теперь, в 36 лет, он решил, что пришло время завершить карьеру.
— На площадку я, наверное, уже не выйду. Хотя ходили разговоры о возможном переезде за рубеж, в Россию, но я все-таки решил, что хватит, пока заканчивать и вешать кроссовки на гвоздь. Психологически я уже не готов — и я решил поставить точку. Хочу больше времени быть дома и проводить его с семьей. Мне предложили работу в СКА. Мы уже общались на эту тему и, думаю, вскоре вновь вернемся к этому разговору. Кем я себя вижу? Поначалу хотел бы попробовать себя в качестве ассистента, чтобы влиться в тренерскую работу в СКА. Мне очень хочется помочь клубу, который в непростое время подставил мне плечо, всегда стремился создать в коллективе семейную атмосферу. И, в частности, главному тренеру Дмитрию Никуленкову, с которым я провел, наверное, половину своей почти 20-летней карьеры. Он, как старший товарищ, всегда поддерживал меня, мы очень дружны. Отыграв много лет здесь, я просто не могу бросить клуб и уйти куда-то еще.
— Кто в последнем сезоне был вашими главными болельщиками?
— Родственники, супруга и, конечно же, мои дети (дочка Арина и сын Арсений), которые приходили на трибуны. Они — моя главная победа, а не титулы и золотые медали в чемпионатах. Именно они принесли мне главные эмоции. Отец? Родителям — моя самая большая благодарность за то, что я стал тем человеком, какой я есть. Они меня таким сделали. К сожалению, отца уже нет с нами. Он умер в мой крайний сезон. Жалко, что в мои последние минуты в качестве гандболиста его не было рядом. Он всегда хотел, чтобы я был спортсменом. Я им стал.
Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by