Дерутся голыми кулаками, а тренировки ведут на японском. Как устроено карате в Беларуси
Дмитрий Воробей — знаковая фигура для белорусского карате. У него черный пояс, третий дан и множество медалей международных турниров, в том числе чемпионатов Европы. При этом становиться профессиональным спортсменом Дмитрий изначально не собирался. Мы поговорили с ним о японской культуре, о том, почему карате всё чаще начинают заниматься уже во взрослом возрасте, а также о перспективах этого вида спорта в Беларуси.
«Сестра хотела на танцы, а я — на карате»
Мы встречаемся с Дмитрием в одном из залов рядом с парком имени Уго Чавеса. Сначала он проводит разминку с учениками, а затем находит время на интервью. Разговор начинаем с ранних лет. Дмитрий вспоминает, что в детстве был очень активным и успел попробовать себя в разных видах спорта. На карате он обратил внимание только в 12 лет — по спортивным меркам довольно поздно.
— До этого я занимался легкой атлетикой, в волейбол хорошо играл — выступал за город Слоним, был капитаном команды. Несмотря на то что учился в девятом классе, уже играл на уровне одиннадцатиклассников. Я в спорте был всегда, постоянно чем-то занимался, — рассказывает собеседник.
Но в подростковом возрасте приоритеты изменились. Небольшой город, переходный возраст — умение постоять за себя становилось все важнее. Как раз в то время в Слониме работал тренер по карате Василий Максимов.
— На тот момент мне было 12 лет, подросток. По факту, нужно было уметь за себя постоять. Моя сестра хотела на танцы, а я — на карате. Плюс у меня два одноклассника уже туда ходили. Я спросил, где занимаетесь, они подсказали место. Всё. Мне было очень легко влиться в эту атмосферу.
«Есть такое понятие — магия карате»
Нередко интерес к боевым искусствам у мальчишек начинается с кино. Фильмы с Джеки Чаном или Брюсом Ли вдохновили не одно поколение будущих спортсменов. Дмитрия же в карате привлекло нечто более возвышенное.
— Карате, наверное, привлекло в первую очередь дисциплиной, философией. Потому что нигде в других единоборствах и залах не нужно делать поклон, говорить «Ос!», проявлять уважение. Это чинопочитание в хорошем смысле слова, когда младший подчиняется старшему, а старший — еще более старшему.
По словам Дмитрия, атмосфера внутри додзё, зала для тренировок, сразу настраивает на правильный лад.
— Есть такое понятие — магия карате. Когда люди приходят на тренировку и первая реакция — вау, это что-то за гранью фантастики. Вот это меня и оставило в спорте.
«Талант? Дело в трудолюбии»
Дмитрий рассказывает, что первые годы в карате ему давались тяжело. Конкуренция на юношеском уровне была высокой, и медали парню из Слонима упорно не давались.
— Первые два года случались неудачи, но я не расстраивался, понимал, что мне нужно усерднее работать. Первый мой чемпионат Беларуси вообще провальным получился — стал четвертым. Меня не выставляли на турниры города, а только на республиканские. По факту у меня был один турнир в год.
— Дмитрий, замечали ли тренеры ваши таланты в карате? — уточняю я.
— Да это просто трудолюбие. Какой там талант? Никакого секрета, никакого таланта нет. На тренировках просто нужно пахать. Ты идешь в зал независимо от того, хочешь или нет. Дисциплина действительно все решает. Я ходил на тренировки всегда, и это сказалось на моем характере.
«Мужиков легче бить, чем юношей»
По словам собеседника, самый сложный этап в карьере каратиста — переход во взрослый спорт. Юноша переехал в Гродно, куда к тому времени уже перебрался его тренер, и начал выступать среди взрослых. Воробью тогда было 17 лет, на талии — зеленый пояс с коричневой полоской, а сражаться приходилось с превосходящими оппонентами.
— Свои первые взрослые соревнования помню четко. Я очень сильно боялся: драться нужно было с мужиками, обладателями черных поясов. Но турнир прошел хорошо, я его выиграл. И мне пришла мысль: оказывается, мужиков легче бить, чем юношей! По физическим и техническим параметрам я соперникам не уступал, и это давало мне огромное преимущество перед всеми старшими дядьками.
Несмотря на первые успехи в спорте, связывать жизнь с карате Воробей не планировал. После девятого класса он поступил в аграрный колледж на экономиста, а затем пошел учиться дальше — в Гродненский государственный аграрный университет.
— Я никогда в жизни не думал, что стану каратистом в принципе, — удивляет Дмитрий. — Для меня это было хобби, которым просто очень интересно заниматься. Я с цифрами хорошо дружил, и экономика мне нравилась. Думал, что свяжу себя с этой сферой.
Карате шло параллельно с учебой. Дмитрий рассказывает, что тренировался дважды в день, ездил на чемпионаты Беларуси и международные турниры. По его словам, тренер разглядел в нем перспективу и помог сделать карате профессией.
— Мой тренер Василий Максимов очень верил в меня. Он хотел, чтобы я добился результатов не только в спортивной карьере, но и в тренерстве. И он мне просто сказал: «Вот, Дима, ты поедешь в Минск и будешь там развивать киокушин (контактное карате. — Прим. Onlíner)». Я отправился в Минск сдавать сессию на второе высшее в БГУФК да так там и остался. Экономистом я в итоге не отработал ни одного дня.
Оказавшись в столице около десяти лет назад, Дмитрий с головой погрузился в организацию школы карате. Воробей признается, что именно тут ему и пригодилось профильное образование.
— Я сдал сессию и сразу начал искать залы, сам ходил по школам. Начали на Петровщине: в гимназии №12 и средней школе №127. Это было десять лет назад. И база из колледжа мне помогла. Нас же учили экономике, организации, менеджменту, маркетингу. У меня склад ума поменялся после учебы, я стал более адаптивным. Ты разбираешь планирование, прогнозирование. И когда я создавал школу карате, то базировался именно на этих навыках. Все это сработало благодаря тому, что я учился на экономиста.
«До этого целых 20 лет никто из белорусов не поднимался на подиум»
Спортивная карьера в Минске тоже вышла на новый уровень. Дмитрий признается, что долгое время ему не хватало лишь крупных международных побед, но со временем пришли и они. Главного успеха он добился в 2018 году, став победителем абсолютного чемпионата Европы по карате.
— Я тогда стал серебряным призером чемпионата. Чтобы вы понимали, в соревнованиях под эгидой нашей международной организации ИКО (Международная организация карате. — Прим. Onlíner) до этого целых 20 лет никто из белорусов не становился на подиум. И вот спустя долгое время я поднялся на второе место.
Этот успех дал толчок всему белорусскому контактному карате. Через год чемпионат Европы впервые прошел в Минске, во дворце спорта «Уручье».
— И на домашнем чемпионате я тоже стал вторым, подтвердив, что предыдущий результат не был случайностью. Для меня эти два турнира, наверное, лучшие в карьере. Даже когда потом я занял третье место в Японии, по ощущениям именно те чемпионаты Европы оставались для меня самыми важными.
Помимо серебра в боях, на домашнем чемпионате Дмитрий завоевал золото в необычной дисциплине — тамешивари. Если совсем просто, это разбивание деревянных досок руками.
— Когда доходишь до восьмерки или четверки сильнейших, нужно при помощи четырех ударов — локоть, рука, кулак, пятка — собрать максимальное количество разбитых досок. Если в бою равное решение или ничья, судьи могут посчитать по доскам. Допустим, я разбил на две доски больше соперника — значит, я прохожу дальше и выигрываю. И вот тогда я стал чемпионом Европы в тамешивари, разбив больше всех. В карате это считается очень престижным.
«Зрителей особенно впечатляют удары голень в голень или кулаками в грудь»
Дмитрий занимается киокушинкай — одним из направлений карате. Для человека со стороны это название вряд ли о многом скажет: в карате существует несколько стилей, которые отличаются правилами и особенностями ведения боя. Тренер объясняет, чем киокушинкай отличается от других направлений.
— Я бы выделил два основных направления: бесконтактное и полноконтактное карате. Бесконтактное — это шотокан, сито-рю и другие. Там делают упор на скорость и обозначение удара. Они условно должны сделать удар в голову, но не коснуться ее, а просто зафиксировать, показать, что готовы нокаутировать.
— В чем особенность именно полноконтактного карате?
— У нас разрешены удары ногами абсолютно везде: по ногам, по корпусу, в голову. А руками бьем только по корпусу. И в чем зрелищность? Взрослые дерутся вообще без защиты. Никаких щитков на руки или ноги, только защита на пах. Идем драться с голыми кулаками. Людям это очень интересно смотреть. Нас часто приглашают на лигу смешанных единоборств BFC. Мы там проводим показательные поединки, но дерутся все по-честному. Зрителей особенно впечатляют удары голень в голень или кулаками в грудь.
«В Японии две недели поешь суши, а потом так хочется наших драников»
Помимо профессиональной карьеры и тренерской работы Воробей занимается развитием карате в Беларуси. В прошлом году он получил официальную аккредитацию от японской организации киокушинкай.
— Это называется додзё-оператор. Прежде в Беларуси таких людей было только двое на протяжении долгих лет — это Василий Максимов и Александр Янюк. И вот японцы приняли решение наделить таким правом меня и Игоря Маркача.
— И что дает этот документ?
— У нас есть официальный сертификат, который дает право развивать эту международную организацию на территории Беларуси. В киокушине получить такую аккредитацию считается очень почетным и статусным достижением.
Связь со страной — родоначальницей карате белорусы поддерживают в том числе через язык. Все тренировки в школе Дмитрия проходят на японском.
— Это стандарты нашей международной организации. Когда я пришел в карате, язык уже использовался. Мне тогда дали распечатанную книжечку, по которой я изучал терминологию. Сейчас происходит то же самое. Во время тренировок я даю команду на японском и сразу перевожу на русский. Условно: «Сейза!» — «Сели!», «Мокусо» — «Закрыли глаза». Дети даже счет от одного до десяти специально не учат — он сам откладывается в голове на каждой тренировке.
Воробей рассказывает, что побывал в Японии уже шесть раз. По его словам, это страна, которая меняет сознание и взгляд на привычные вещи.
— Это абсолютно другой мир. Я там поменял мое мировоззрение, был в восторге от архитектуры и огромного уважения людей друг к другу. Каждый житель тебе постоянно кланяется. Побудешь там неделю-две и уже сам непроизвольно начинаешь кланяться, чтобы просто человека пропустить.
— Японский язык тоже изучали?
— Нет, могу разве что поздороваться, спросить что-то простое. Если скажу, что мне нужно «го» — пять суши, то этого будет достаточно. Но вообще, после двух недель суши уже очень хочется наших драников! Каждый раз, когда возвращаюсь из Японии, первым делом еду их есть.
«Взрослые на час отключают голову, полностью уходят в карате и кайфуют»
Сейчас в клубе Дмитрия тренируется порядка трехсот детей, но тренер ставит цель довести это число до пятисот. Воробей рассказывает, что вместе с детьми в залы массово пошли взрослые.
— Тенденция такая: родители приводят детей, смотрят, что это прикольно и круто, и сами становятся в строй. Ко мне постоянно подходят и спрашивают: «А можно нам прийти?» Я им всегда привожу в пример своего тренера, который пришел в киокушин в 28 лет. Так что приходят и в 30, и в 45 лет.
По словам собеседника, для взрослых людей такие тренировки становятся лучшей психотерапией.
— У многих сидячая работа, сфера IT, проблемы, заботы. А здесь они на час отключают голову, полностью уходят в карате и кайфуют. Очень многие родители так и говорят: «Мы ходим сюда, чтобы у нас голова отдохнула». У нас для них есть специализированные группы, тренируются два раза в неделю, и им этого вполне хватает, чтобы перезагрузиться.
В какой-то момент школа Воробья разрослась до десяти залов по всему Минску, однако со временем их пришлось сократить в два раза.
— Гораздо проще содержать пять залов, чем десять, поэтому мы решили сделать упор на качество. Лучше пять сильных залов, чем десять абы каких. Сейчас я не только сам тренирую, но и курирую остальных: регулярно приезжаю, смотрю, как проходят тренировки, контролирую, чтобы все соответствовало нашим стандартам.
«Была бы поддержка — было бы вообще круто»
Главная проблема современного киокушинкай — это отсутствие финансирования со стороны государства, говорит Дмитрий. Контактное карате развивается исключительно за счет энтузиазма тренеров и финансовой поддержки родителей.
— Мы планируем каждый год выезжать на чемпионат мира в Японию с детьми. И тут все зависит от родителей. Если они могут поддержать поездку финансово, то дети едут. Талантов и хороших спортсменов у нас очень много, но не все могут себе это позволить. Я общаюсь с родителями, а они говорят, мол, финансово не потянем. И получается, что талантливый парень никуда не едет.
Несмотря на финансовые сложности, Воробей уверен в перспективах своего спорта. По его словам, сейчас карате переживает настоящую волну популярности.
— Открываешь сайты и видишь, что клубы есть практически везде. Если раньше найти секцию было целым квестом, то сейчас с этим гораздо проще. Сильно помогают и социальные сети: люди видят, как другие занимаются карате, насколько это красивый вид спорта. Думаю, у карате хорошее будущее — и у бесконтактного, и у нашего, полноконтактного. Мы точно будем развиваться. Если даже взрослые люди активно приходят в залы и начинают тренироваться, значит, мы на правильном пути.
Нравится читать Onlíner? Добавьте наши новости в «Основные источники» Google
Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by