Силовой экстрим — один из самых зрелищных видов спорта. В нем поднимают бревна, ворочают камни, тянут фуры, танки, самолеты. Стронгменов — так называют этих богатырей — в Беларуси немного, и часть из них живет на севере страны. Onlíner побывал на тренировке у крепких парней из Витебска — Андрея Жукова и Владислава Писаренко, которые успешно представляют нашу страну на международных соревнованиях.
Читать на OnlínerДисциплину, о которой пойдет речь, называют «королем силовых видов спорта». Это микс из тяжелой атлетики, пауэрлифтинга, борьбы, гиревого спорта и кроссфита. Настоящее силовое многоборье.
В качестве снарядов атлеты используют все, что можно поднимать, двигать, толкать, бросать. Например, переворачивают покрышки, поднимают камни, носят мешки с цементом, буксируют фуру или танк. Много упражнений с богатырским бревном: его носят, поднимают и даже метают. Всего в силовом экстриме более 100 упражнений.
Но одной силушки богатырской здесь мало: важны скорость, выносливость, координация. Так, бревно нужно иногда не просто поднять, а еще и пронести его на определенное расстояние. Фуру не просто тянут, а стараются уложиться в конкретное время.
Парней, которые выбрали этот вид спорта, называют стронгменами, что в переводе с английского означает «сильный, мощный человек». Почти все они — высокие (от 180 см) и габаритные (весят от 90—100 кг и больше). Наши сегодняшние герои — Андрей Жуков и Владислав Писаренко — как раз такие «волаты Прыдзвіння».
Андрею Жукову 35 лет, он спасатель. Выступает в весовой категории свыше 105 кг. В силовой экстрим пришел не так давно, в 2023 году.
— У сотрудников МЧС, как правило, хорошая физподготовка, — отмечает мужчина. — Мы постоянно сдаем зачеты по бегу, подтягиваниям. Подъем по пожарной лестнице, переноска ПТВ — все это тоже укрепляет мышцы. Но «физухи» только на службе мне было мало. Я занимался рукопашным боем, кроссфитом, пауэрлифтингом. Любил смотреть на YouTube «зарубы» спортсменов: к примеру, пауэрлифтеры против кроссфитеров, тяжелоатлеты против стронгменов. Так узнал про силовой экстрим. Увидел, что парни работают с нестандартными снарядами: камнями, мешками, бревнами... Подумал: «О, это интересно, весело, задорно!» Решил попробовать — и увлекся.
Просим Андрея рассказать о последних достижениях. В становой тяге он поднимает штангу весом 300 кг. Цифра «300» в силовом экстриме — магическая.
— Если вытянул 300 кг или присел с 300 кг, можешь считать себя достаточно сильным стронгменом. Это означает поднять три собственных веса.
В апреле в Омске прошел международный фестиваль «Богатырские игры в Сибири». Там собрались лучшие стронгмены из России, Беларуси и Казахстана. Витеблянин вернулся с личным рекордом в поднятии богатырского бревна.
— Я за минуту два раза поднял бревно весом 140 кг. Довольно неплохой результат, если учесть, что на тренировках поднимал 127 кг.
Удачным получился и старт 9 мая в подмосковной Балашихе.
— Занял первое место в своей категории. В ней состязались семь человек. Я весил больше всех, но в беговых упражнениях, так получилось, всех перебе́гал! — смеется Андрей. — Коромысло весом 220 кг перенес за 8 секунд. А «фермерская прогулка» — это когда в каждой руке по 110 кг — заняла у меня 7,9 секунды. В силу моей комплекции легкая атлетика — точно не мое. Но я до сих пор на 5 баллов пробегаю стометровку на зачетах по физподготовке на работе.
— Какие интересные у вас упражнения: «перенос коромысла», «фермерская прогулка»...
— Да, такой вот у нас мужицкий вид спорта! Кстати, в России на соревнования приезжают профессиональные стронгмены, у которых свое сельское хозяйство. Они живут в деревне, и для них подъем тяжестей — обыденное дело. К стартам они, можно сказать, специально и не готовятся.
В 2025 году Андрей участвовал в 14 турнирах в России и Казахстане. Это в среднем по два старта в месяц. Перед каждым серьезно тренируется, готовится, но организаторы нередко включают в программу неожиданные дисциплины.
— Двух одинаковых турниров не бывает. В каждом городе, в каждом регионе свои особенности. Так, на «Играх кочевников» в Астане мы метали 20-килограммовое копье. Необычное упражнение! К сожалению, оно мне не поддалось. На том же турнире тянули по песку груженую повозку. Было тяжело! Натренировать это упражнение в Беларуси не получилось бы: у нас же нет пустыни. Еще на одном турнире мы как-то метали двухметровое бревно. Берешь его за низ и бросаешь на дальность.
Силачи, оказывается, не только спортсмены, но еще и артисты. Во время выступлений они нередко демонстрируют показательные номера, раскрывающие возможности человеческого организма: крутят гвозди и лопают грелки.
— Мы проводим как соревнования, так и показательные выступления. Лопаем грелки, гнем гвозди, разгибаем подковы. Александр Хвесюк из Гомеля — единственный в Беларуси разгибатель подков. В мировом рейтинге он занимает шестое место в двадцатке. Саша одними пальцами делает из гвоздей-«двухсоток» сердечки и дарит девушкам на 14 февраля, а жене преподносит цветы из гвоздей. В некоторых упражнениях идем на риск. Чтобы лопнуть грелку объемом в 3 литра, ее надо надуть до предела. Это опасно. Но про такие моменты знает только атлет, для зрителей это остается за кадром. Такое шоу показывает, насколько сильным может быть человек.
Несмотря на то что стронгмены конкурируют друг с другом, взаимной злобы на площадке они не испытывают и в трудную минуту готовы помочь.
— В нашем виде спорта есть соперничество, но нет злости. Как только вышли с площадки — мы друзья. Делимся амуницией, мажем друг друга мазью. Гибкость у нас не очень хорошая: мальчики-то немаленькие. Я еду куда-то на старт, ребята просят: «Андрюха, привези белорусской сгущенки!» И я затариваюсь нашей, глубокской. Распробовали тут россияне шоколад с перцем, который делает «Коммунарка». Тоже просят, чтобы привез. На «соревы» в Омск вез десять шоколадок! Нас, белорусов, хорошо встречают на турнирах. В Салехарде (а этот город находится на Полярном круге) с трибун скандировали: «Беларусь!» Было так приятно!
— А тяжелую технику вам приходилось буксировать?
— Да, и не раз. На турнире в Салехарде в прошлом году протянул пожарную машину весом 22,5 тонны за 25 секунд. А через два месяца на соревнованиях в Москве такой же автомобиль, но поменьше весом — 19 тонн, пробуксировал уже за 18 секунд.
— Интересно, о чем думает человек, который тащит грузовик?
— Или сделал — или умер. Все! У стронгменов, как и у саперов, нет права на ошибку. В прошлом году на фестивале экстремальных видов спорта «ЭкстримПрорыв» в Ушачах мы с напарником тянули МАЗ. Он толкал сзади, я работал впереди. И в какой-то момент понимаю, что не могу сдвинуть грузовик. Вы думаете, я остановился? Нет, тянул по максимуму! У меня болели икры, у меня темнело в глазах, но я ложился — и делал. У нас техника такая: чтобы буксировать автомобиль, надо лечь. А когда несешь «карусель Конона», сдавливает грудь, и у тебя ограничено дыхание. Тут уж буквально: или сделал — или умер. В силовом экстриме если ты не умеешь терпеть — не будешь атлетом. И нужно правильно настроить себя психологически: со слабой головой большой вес не вытянешь. В конце прошлого года на соревнованиях я делал становую тягу: поднял 200 кг 14 раз за минуту. И делал это, можно сказать, на одной ноге — из-за травмы. Что поделать, терпел.
— Травмы у стронгменов — частое явление?
— Как и в любом другом виде спорта, от них никто не застрахован. Кстати, силовой экстрим — это не про пресс. Если в нашем спорте ты сухой, рельефный, то будет бо́льшая вероятность травм.
Поэтому живот есть почти у всех стронгменов. Это наш «спасательный круг»: он помогает при поднятии больших весов.
Андрея Жукова тренирует Евгений Марков — обладатель титула «Самый сильный человек России». Живет он в Омске, в трех тысячах километров от Витебска. Спортсмены общаются онлайн.
— Тренер пишет мне план тренировки, и я стараюсь ему следовать. К примеру, Евгений ставит задачу: «Присед — 170 кг, 5 раз в подходе. Если будешь хорошо себя чувствовать, сходи до 210 кг». Я спрашиваю: «А если не буду?» — «Все равно сходи». Обожаю своего тренера! Но даже на расстоянии его боюсь. Если он мне написал вес, а я на него не вышел, то отговорки вроде «тренер, у меня заболело колено» не прокатят. Мне будет пипец.
Как питаются стронгмены? Их рацион может доходить до 5—6 тысяч калорий в день. Для сравнения: это в два раза больше, чем нужно обычному мужчине. Основа питания — мясо, рыба, яйца, творог, каши, макароны и овощи.
— Как таковой диеты у меня нет. Перед соревнованиями тренер может что-то из еды урезать, что-то добавить. В обычные дни мы не едим жирного. Но зайти в Burger King или Mak.by за час перед «соревами» — это святое! Турниры длятся долго, и мы, конечно, стараемся загрузиться калориями. Понятно, с такой массой, как у нас, зефиром сыт не будешь. Но в чужих городах я не ем непонятно что. Протеин и другой спортпит не покупаю. Добираю белок из еды.
Андрей Жуков, к слову, тоже тренер: он наставляет младшего товарища — 24-летнего Владислава Писаренко. Тот является обладателем национального рекорда в подъеме Saxon Bar — разновидности становой тяги с прямоугольным грифом. Такая форма делает упражнение значительно сложнее по сравнению с тягой с классическим круглым грифом штанги. На турнирах парень выступает в категории до 105 кг.
Владислав работает слесарем в «Витебскоблавтотрансе». Хоть он и крепкий с виду, но, наверное, мало кто из коллег знает, что ему под силу протащить самосвал.
— КамАЗ я толкал не один, а с напарником, — уточняет спортсмен. — Но все равно еще год назад, до прихода в силовой экстрим, я даже представить не мог, что способен на такое!
В силовой спорт Владислав пришел из футбола.
— Я был худеньким, поджарым, как и все люди, которые много бегают. Потом увлекся пауэрлифтингом. Начал «працаваць» с тяжестями, четыре года поднимал штанги, гири. А год назад ушел в силовой экстрим. В него нельзя прийти неподготовленным. Надо, чтобы ты уже был крепким хлопцем. Хорошая силовая база у меня была от пауэрлифтинга.
Владислав месяц потренировался со стронгменами — и отправился на свой первый международный турнир, где сразу взял золотую медаль. Юноши соревновались в трех упражнениях: кантовка покрышки весом 240 кг, тяга автомобиля и перебрасывание бочки через планку высотой 3 метра.
— Турнир проходил в Москве. До этого я ездил на соревнования в Сенно, в другие небольшие городки, в основном по Витебской области. А тут вдруг — вау! — сообщаю родителям: «Мама, папа! Я еду в Москву». Конечно, это был совсем другой уровень! Но и ответственность, конечно, выше. Потом полетели на турнир в Дагестан. Там нас так хорошо принимали, что даже не хотелось уезжать. Когда вернулись домой, продолжил тренировки. Тогда понял: это мое.
Владислав объясняет, что любит свой спорт за неформальность, зрелищность, динамичность.
— В силовом экстриме нет обыденности, нет такого, как в зале, когда ты каждый день поднимаешь одно и то же: штангу или гирю. Здесь всегда разные снаряды: камни, бочки, балки, мешки, «коромысло» и т. д. И спортсмен выполняет с ними неформальные упражнения: что-то нужно протащить, что-то поднять, с чем-то пробежать, а что-то толкнуть. И это все — на время!
Молодой человек отмечает, что за этот год стал намного более выносливым. И, как у любого настоящего стронгмена, у него есть дерзкая цель:
— Хочу протащить вагон. Выглядит это так: грузовой поезд весом 40 тонн цепляют за спортсмена, и он тянет его по рельсам за собой.
Силовой экстрим — не олимпийский вид. В Беларуси он известен, но развит пока не так, как хотелось бы самим силачам, поэтому стронгменов в нашей стране немного.
— Нас можно пересчитать по пальцам. В Минске это Владислав Ильющиц, в Бресте — Константин Добролинский, в Солигорске — Александр Курак, в Гомеле, как я уже говорил, — Александр Хвесюк. Конечно, это не все белорусские стронгмены, а те, с кем я общаюсь больше всего, — поясняет Андрей Жуков.
По его словам, из всех регионов силовой экстрим наиболее популярен в Витебской области. Здесь уже подобралась команда из нескольких человек. Среди них есть даже девушка — Ольга Бирюкова, рекордсменка мира в подъеме штанги на бицепс. В строгом варианте этого упражнения белоруска поднимает 50 кг, что сделает далеко не каждый мужчина. В своих интервью спортсменка отмечает, что это далеко не предел ее возможностей. Ольга живет в Чашниках, работает тренером, а в выходные ездит тренироваться с витебскими стронгменами.
Главная проблема в том, что постоянного места для тренировок у ребят нет.
— В Беларуси отсутствуют специализированные тренажерные залы для силового экстрима, — отмечает Андрей. — В России они есть в каждом крупном городе. Поэтому раз в две недели мы ездим тренироваться в Смоленск. Два часа туда, два часа обратно — все для того, чтобы три часа позаниматься. В Витебске ходили по разным залам, но сейчас остановились на одном. Здесь есть штанги, тяжелоатлетический помост. Но это представляет для нас второстепенный интерес. Свое оборудование — то же богатырское бревно, камни, мешки — приносить в тренажерку нельзя. Поэтому выкручиваемся как можем. Например, делаем имитацию «камня Атласа» — собираем его из дисков. Работаем над тем, чтобы в Витебске у нас появился свой зал. Некоторые подвижки есть.
У Андрея есть мечта — попасть в 2027 году на Siberian Power Show. Это международный фестиваль, который проходит в российском Красноярске. Он мультиспортивный: представлены бодибилдинг, пауэрлифтинг, кроссфит, силовой экстрим. В фестивале участвуют топовые атлеты и звездные гости.
— Турнир очень престижный! Это настоящая «битва титанов»! Хочется там выиграть — и получить путевку в профессиональный дивизион: на Pride Sport Fest в Москве.
А еще Андрей давно хочет протащить трамвай.
— В Витебске, где пустили первый трамвай в Беларуси, это было бы интересно и жителям, и нам, спортсменам, — заключает стронгмен. Он уверен: главные достижения у него еще впереди.
Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by