В Жодино сегодня Высшая лига, играют местный «Торпедо-БЕЛАЗ» и «Белшина» из Бобруйска. А мы приехали посмотреть на того, кто не забьет ни одного гола, но среди детей получит больше славы, чем все футболисты вместе взятые. Это Белазуб — талисман местной команды, у которого есть свой фан-клуб детей, личный охранник и гонорар 50 рублей за матч. Мы решили узнать, кто скрывается внутри маскота, а заодно попробовать себя в шкуре 15-килограммовой белки.
Читать на OnlínerМы приезжаем в Жодино и за час до начала матча знакомимся с Белазубом без головы. Его зовут Захар, он учится в колледже, на днях ему исполнится 16 лет. На работу приходит с отцом Максимом, который помогает переодеваться, сопровождает его по стадиону и иногда выполняет обязанности белкохранителя.
Сам Захар к своей трудовой деятельности относится буднично. В футбол парень не играет. Раньше занимался дзюдо и самбо, но по состоянию здоровья спорт пришлось оставить. Теперь физические нагрузки у него вот такие.
— Это как спортивная тренировка. Самое тяжелое в костюме — голова, — рассказывает Захар.
Никакого кастинга на должность Белазуба он не проходил. Да и вообще работать белкой первоначально должен был другой человек — его отец. Максим предполагает, что если поголовно проверить маскотов других команд, то там тоже обнаружится немало школьников и студентов.
— Мы постоянно ездим болеть за команду. На выезды ездим с семьей, с болельщиками, и вот нам предложили попробовать себя в качестве маскота. Сначала мне предложили. Я говорю: «Давайте попробуем». Пошел, померил костюм, а он на мне не застегнулся. Потом говорю: «Давайте сын попробует». И все, залез, — говорит отец.
— А как он воспринял предложение? Сразу согласился?
— Сразу. Я его не заставлял. А кто не согласится? Студенту всегда интересна подработка.
Любовь Максима к футболу зародилась еще в Борисове, где он раньше жил. Позже он стал болеть за жодинское «Торпедо-БЕЛАЗ» и теперь практически не пропускает матчи. Вместе с другими болельщиками ездит за командой по всей стране — за сезон пропустил всего две игры. Захар тоже с детства на стадионе. Максим вспоминает, что ходили на игры, когда мальчику было около четырех лет. Белазуба из тех времен Захар не помнит.
— Знают ли одногруппники Захара, что в свободное время он превращается в белку?
— Друзья, знакомые и те, кто на футбол ходит постоянно, — в курсе. Полгорода уже знает, пускай теперь весь город знает, — отвечает отец.
Остается самый меркантильный вопрос.
— А сколько платят?
— 50 рублей за почти 2,5 часа. Вместе с футболистами мы ездим на все выезды.
Есть и другие обязанности. Например, стирать форму спортсмена-талисмана. Сам костюм стирает клуб, обычно в конце сезона. Думаю, понятно, что пахнет он примерно как футболисты после хорошей игры.
Не успели мы поближе познакомиться с Захаром, как он уже оделся и заступил на пост.
Челлендж: день с маскотом
Смена Белазуба начинается за час до матча. Отправная точка — главный вход, где нужно встречать болельщиков. Потом фотосессии, развлечения для зрителей, выход на поле с футболистами и прогулка по трибунам. Максим выступает моим экскурсоводом по беличьим будням и отвечает на все вопросы.
— А во время матча маскот обязан как-то отыгрывать какие-то важные моменты игры? Например, когда забили гол.
— Да, он все это делает. Радуется. А если пропустили, то сядет и погрустит где-нибудь с детьми.
— А есть какой-то специальный танец Белазуба?
— Он может сам танцевать. Как захочет.
Захар тут же демонстрирует свои танцевальные способности. У него есть определенная творческая свобода, но только в вопросах пантомимы. Разговаривать с болельщиками маскоту не положено, поэтому приходится общаться жестами: махать лапами, давать пять и обниматься. Не отвечать на провокации и манипуляции со стороны детей бывает тяжело, но в особо сложных случаях за Белазуба говорит Максим. Он шутит, что во время матчей работает личным охранником белки и ее хвоста.
Дети стоят за забором и ждут, пока за ними придет тренер и проведет на стадион. Пока что приходится тянуть руки через ограждение и звать Белазуба. Тот упивается нарциссизмом и дирижирует целым отрядом детей, которые скандируют: «Бе-ла-зуб! Бе-ла-зуб!»
Потом издалека кажется, что белку бьют через забор, но Максим объясняет: они играют в камень-ножницы-бумагу. На улице начинает холодать, мы постояли от силы минут десять.
— Тепло ему там, наверное. А летом сильно жарко?
— Летом вообще! Костюм выжимать надо было, — вспоминает отец.
— А если захочется попить или возникнут другие человеческие потребности?
— Терпит. Дома поест, попьет — и потом два часа ходит.
Помимо общения с детьми, Белазубу предстоит целая развлекательная программа: мини-гольф, кикер, фаншоп и фудкорт. Маскот принимает активное участие в развлечениях и на личном примере показывает, чем можно заняться до матча. Следуем за ним и попадаем в очередь на автограф-сессию к защитнику «Торпедо-БЕЛАЗ» Захару Баранку.
— Как вы думаете, с кем люди чаще фотографируются: с вами или с Белазубом? — спрашиваем у футболиста.
— Ох, не знаю, честно. Наверное, с Белазубом.
— Вы думаете, он известнее футболистов?
— Наверное.
Почетная обязанность маскота — напутствовать футболистов перед игрой. Каждому нужно раздать свое талисманское пять, а уже потом можно отправляться на трибуны.
Во время матчей Белазубу нужно обойти обе стороны стадиона и не обделить своим вниманием ни одного болельщика. На «восточке», где находится сектор активных болельщиков, особенно громко и весело смотреть матч, но противоположная трибуна старается не отставать. Они даже перекрикиваются:
— Черно! — кричит «восточка».
— Белые! — отвечает другая сторона.
В свободное от наблюдений за Белазубом время мы познакомились с болельщиками, которые регулярно приходят на матчи «Торпедо-БЕЛАЗа». Останавливаем их и устраиваем небольшой экзамен: кто такой Белазуб и как он вообще появился на стадионе? Справляются не все. Некоторые уже и не помнят, когда впервые увидели белку. Кажется, она была здесь всегда.
— Я хожу 52 года. Но когда он появился, когда родился... Он для меня еще грудной. В крайнем случае, внучок.
Нам навстречу идет Николай Николаевич Маевский. Максим представляет его как одного из главных местных болельщиков.
— Когда появился, не знаю. Я с 73-го года тут. И играл, и тренировался, и болею. И хоккей, и футбол. Тут еще хоккейная площадка была, сам лично заливал, — вспоминает Николай Николаевич.
Знакомлюсь еще с одним постоянным болельщиком — Олегом Михайловичем Прониным. Он работает на БЕЛАЗе и ходит на футбол с 1980-х годов.
— Я давно хожу. Еще с дочкой в колясочке приходил. Тут раньше одна трибуна стояла, а рядом ничего не было. Потом уже начали строить. Как появился Белазуб, я помню. Сергей Пузанкевич говорил: «Приходите на новый сезон, будет сюрприз для болельщиков». Он говорил, что все придут и увидят, что у нас в команде что-то новое. Не в команде даже, а для болельщиков. Все приходят — а тут Белазуб!
Отправляюсь к хранителю тайны Белазуба, пресс-атташе «Торпедо-БЕЛАЗа» Сергею Пузанкевичу. Именно он двадцать лет назад участвовал в создании талисмана и придумал ему имя.
— В других клубах уже были эти маскоты. И у нас получилось так, что в Жодино болельщики, которые были близки к клубу, захотели тоже его сделать. Мы объявили конкурс на лучший рисунок. Конкурс оказался не особенно конкурентным. Желающих придумать нового футбольного персонажа было немного.
— А какие были варианты?
— Практически никаких. Детские рисунки были. И мне, наверное, пришла идея, что это будет бельчонок. У меня сын художку оканчивал, я попросил его нарисовать. Он нарисовал этого бельчонка, а название точно я придумал. Почему Белазуб? Потому что прежде всего завод БЕЛАЗ. БЕЛАЗ и Белазуб. Из-за этого. Не было бы БЕЛАЗа — не было бы и команды «Торпедо».
Когда с персонажем определились, оставалось превратить рисунок в настоящую огромную белку. Для этого отправились в Борисов, где работала фабрика по изготовлению ростовых кукол.
— Мы съездили и заказали. Я первый раз еще на фабрике сам надевал Белазуба.
— А сколько стоил первый костюм?
— Честно говоря, не помню. Где-то в районе $300—400 [от 642 000 до 861 200 белорусских рублей до деноминации. — Прим. Onlíner], что-то такое.
Первый Белазуб выглядел иначе, чем сегодняшний: он был красно-синим, под тогдашние клубные цвета. За двадцать лет белка несколько раз меняла внешность.
— Это уже, наверное, пятый или шестой Белазуб. Один раз мы хотели немного почистить голову и костюм. Отдали в химчистку. А там же фанера склеена. И эта фанера не выдержала. Голова разлетелась, — вспоминает пресс-атташе.
Но менялись не только костюмы. За двадцать лет внутри Белазуба успели поработать разные люди. Первыми исполнителями стали школьные ученики Сергея.
— Это были кавээнщики из моей школьной команды [Сергей Пузанкевич долгое время совмещал работу в футболе с преподаванием истории в школе. — Прим. Onlíner]. Один из них сейчас в Америке живет, мы до сих пор общаемся. Им уже под сорок лет, они были первыми Белазубами. Был как-то смешной момент. У нас один [парень, игравший маскота] высокий был, другой низкий. И получилось, что в первом тайме Белазуб очень высокий, а во втором — маленький. Зрители даже обратили на это внимание. Говорили, что Белазуб стоптался.
Сергей вспоминает и первый матч Белазуба в 2006 году. Для клуба тогда были непростые времена: команда переживала финансовые трудности. Поэтому хотелось, чтобы дебют нового талисмана обязательно совпал с победой.
— Помню, что мы выиграли 1:0 у минского СКВИЧа. Я очень переживал. После того как победили, стало легче немножко. Значит, пойдет все нормально. В футболе очень много суеверий. Одно из них — нужно с победы начинать, тогда будет жить. Судя по тому, что спустя двадцать лет Белазуб все еще ходит по стадиону, примета сработала.
Наступает перерыв, так что самое время попробовать себя в роли Белазуба. С собой я взяла спортивный костюм, чтобы потом можно было надеть свою удобную и чистую одежду бежевой мамы. Переодеваться в раздевалке под светом люминесцентных ламп — это всегда детско-сонный опыт. У меня такие переодевания ассоциируются с холодной зимой: ждешь на продленке, пока кто-нибудь из родителей тебя закутает и заберет домой. Ощущение усиливается благодаря Максиму. Он помогает мне надеть белку. На улице за это время уже успело потемнеть.
Сначала икры ног залезают в две поролоновые трубы костюма. Затем запрыгивает накачанная беличья грудь. Дальше подключаются ноги — их нужно надевать прямо на свои боты. Голова. А к ней подключается хвост, который ее и держит. И последнее — лапы. Образ готов.
Белка изнутри похожа на эти VR-шлемы с ИИ. Только это в реальной жизни — ничего не надо себе представлять. Точно так же боишься наступить не туда и провалиться в пропасть: все на ощупь, дышишь тяжеловато. К запаху привыкаешь со временем, перестаешь его замечать и ощущать влажность.
Я почти образцовый Белазуб, только из-за роста у меня немного заниженная посадка шортов, как будто белочка любит рэп. Выхожу гулять и сразу кидаю распальцовки своим друзьям лет десяти.
Мне понравилось совершать зло в этом костюме, так называемые пранки. Только двухметровой белкой я могу мародерствовать, и мне за это ничего не будет: срываю с детей и взрослых шапки, всячески кривляюсь. Но самое приятное — добро и объятия.
Дети очень нежны к Белазубу, кажется, что в их теплоте очень много доверия к этому миру. Даже страшно, что у них сформируется не тот тип привязанности к талисману.
Отличие футбольного маскота от человека в ростовых куклах возле супермаркета: во-первых, у второго нет своей истории в 20 лет. Во-вторых, Белазуб тут как Дон Корлеоне — если не поздороваешься с маскотом, то, можно сказать, потерял уважение. Вряд ли такой респект есть у обычного хот-дога.
Идем зажигать трибуны. По лестницам, как инклюзивную белку, меня водил Максим под руку. Потом, кажется, удалось нащупать координацию и передвигаться более уверенно. Танцую, обнимаю детей, подумываю о перспективной подработке после дня в редакции…
По дороге на другую трибуну ребенок зовет Белазубика играть в догонялки. Максим просит ребенка угомониться, говорит, что белочка устала. Но белочка — это я, поэтому устала не устала, а гоняюсь за все время ускользающим из моих лап ребенком. В конце хватаюсь за живот и изображаю актерскую одышку.
Поднимаемся на мою любимую «восточку», там уж мы повеселимся на всю катушку. Сначала бегу отбивать на барабане ритм для фанатской кричалки, потом краду прямой тикток-эфир. В костюме белки импровизация работает на пять с плюсом!
Лучшая часть такой работы — скинуть шкуру. По отзывам Захара, Максима и многих других зрителей, из меня получилась смешная белка. О смене карьерного вектора я пока не задумываюсь, но на случай кадрового голода держу эту идею всегда под рукой.
Нравится читать Onlíner? Добавьте наши новости в «Основные источники» Google
Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by