В начале десятых хоккейный сериал «Молодежка» ворвался в рейтинговые топы, а сыгравшие в нем актеры сразу стали популярными. Одним из них был белорусский актер Влад Канопка, исполнивший роль нападающего Андрея Кисляка. Недавно на экраны вышло продолжение истории — второй сезон спин-оффа «Молодежка. Новая смена». Мы встретились с актером в Минске и поговорили с ним о спортивном детстве, феномене «Молодежки», а также выбрали белорусских спортсменов, которые заслужили собственный байопик.
Читать на OnlínerВладислав Канопка — белорусский актер театра и кино. Родился и вырос в Минске.
С юных лет активно занимался спортом — плаванием, современным пятиборьем и триатлоном, выполнил норматив кандидата в мастера спорта. В 17 лет переехал в Москву и поступил во ВГИК.
В 2013 году получил широкую известность благодаря одной из главных ролей в популярном спортивном сериале «Молодежка». В 2024 году вернулся к своему знаковому персонажу в продолжении проекта — «Молодежка. Новая смена», где его герой уже выступает в роли главного тренера команды.
— Владислав, насколько часто удается приезжать в Минск?
— Минск — это вообще мой самый любимый город. Я здесь родился, я тут вырос, прожил 17 лет. Тут мои родители, тут живут мои друзья и близкие. Поэтому бываю здесь часто, где-то раз в полтора месяца стабильно.
— Кем вы себя сегодня ощущаете: минчанином или уже больше москвичом?
— В Москве я живу уже лет двадцать, но ассоциирую себя, конечно же, с Минском. У меня два любимых города: Минск и Москва. Знаете, есть города, в которые приезжаешь просто как турист, смотришь достопримечательности и уезжаешь. А это именно любимые места, к которым по-настоящему прикипел душой. Например, я искренне люблю старый город, исторические места, ратушу... Мне очень нравится наш Ботанический сад и, конечно, сам проспект Независимости. Это же одна из настоящих архитектурных достопримечательностей среди стран бывшего СССР.
— Вы ограничиваетесь только Минском или путешествуете по стране?
— Последние два года я активно катаюсь по Беларуси на машине и открыл для себя страну с совершенно другой стороны. Я немного углубился в историю, которая тесно связана с Великим княжеством Литовским, Речью Посполитой... Я рос уже в постсоветское время, и Беларусь ассоциировалась у меня в первую очередь с Советским Союзом. Но ты начинаешь ездить и видишь, сколько здесь потрясающего исторического наследия: готика, костелы барочного типа, замковые Мир, Несвиж.
В Гродно стоит прекрасный замок, в Новогрудке — руины, которые, надеюсь, со временем отреставрируют. В июле ко мне на три дня приезжают друзья из России, и я уже готовлю для них культурную программу. Буду показывать им Беларусь. Уверен, им понравится увиденное.
— Владислав, раз уж мы заговорили про минское детство, у вас ведь был довольно серьезный спортивный бэкграунд до того, как вы ушли в актерство.
— Да, я был спортивным парнем. Сначала плавание, параллельно карате. Плаванием занимался тут недалеко, на Академии наук комплекс спортивный, там, где бассейн олимпийского резерва. Потом карате как-то отвалилось, плавание осталось, и я перешел в современное пятиборье. Тренировались на улице Столетова.
— А какие виды из пятиборья лучше всего получались?
— У меня плохо получалась стрельба — я волновался. Может быть, просто был какой-то период пубертатного развития. Я не мог сосредоточиться. Нервничал очень. А плавание хорошо получалось, фехтование мне нравилось. Бег давался чуть хуже и конный спорт не очень любил. Нужно было каждое воскресенье, в семь утра, ездить в Ратомку кататься на лошадях. Позже перешел в триатлон, выполнил норматив кандидата в мастера спорта, закрыл спортивную карьеру и стал уже учиться, поступать в институт.
— Неужели в спорте не было перспектив?
— Я всегда объективно оценивал свои силы: был таким крепким середнячком, постоянно держался где-то в десятке, но на самые топовые позиции никогда не выходил. Один раз мы с командой по пятиборью заняли третье место в чемпионате Беларуси. Но это были командные соревнования. На личном уровне я... Поэтому и ушел, так как понял, что не достигну в спорте каких-то высот.
— В детстве часто ходили на стадион?
— Конечно! Футбол очень любил и до сих пор люблю. Отлично помню, как мы с отцом ходили на стадион «Динамо» на матч сборных Беларуси и Италии. Это был конец 90-х годов. Я тогда увидел великого Алессандро Дель Пьеро вживую — был совсем юным, но воспоминания остались просто приятнейшие. На минское «Динамо» тоже, бывало, заглядывал.
— А если говорить о хоккее, что из того времени запомнилось?
— Особо им тогда не увлекался. Помню разве что тот исторический матч со шведами на Олимпиаде-2002. Когда Владимир Копать забросил ту шайбу за шиворот шведскому голкиперу Томми Сало, я испытал очень сильные эмоции. Отлично помню, что после той игры даже плохо спал ночью. А на следующее утро пришел в школу, и победу обсуждали абсолютно все: от детей до учителей.
Это же по-настоящему кинематографичная история об аутсайдере, который выигрывает у одной из самых сильных сборных мира. Вот такие вещи достойны своего фильма.
— За кем из белорусских спортсменов следите прямо сейчас?
— Обязательно слежу за Ариной Соболенко, она сейчас шумит по всему миру. Пожалуй, на всем постсоветском пространстве Арина — спортсменка номер один по уровню медийности и своим результатам. Матчи не особо смотрю, скорее слежу за соцсетями, новостями и инфоповодами. Был момент, когда кто-то сказал мне, что она лайкала мои фотографии еще во времена, когда шла «Молодежка». Говорю: «Да ладно!» Думал ей даже написать. Она здорово себя подает: раскованная, обаятельная девчонка, прям очень нравится.
— А какой вид спорта больше всего нравится?
— Футбол. Я за «Барселону» болею, давно уже, где-то с 2009 года. К сожалению, «Барса» не прошла дальше в Лиге чемпионов, но на таком уровне решают любые недочеты, там даже удача важна. В финале болел за ПСЖ. Я люблю поддерживать тех, кто слабее, когда уже не за «Барселону». Но Париж чем-то импонирует. Да и Луис Энрике раньше играл за «Барсу». У него такая харизма! Я даже когда готовился к «Молодежке», пытался какие-то манеры с него снимать. Но потом понял: совсем не моя органика. Он такой неврастеничный, а я помедленнее. Но как он заряжает! Эти мотивационные видео из раздевалки, где он говорит: «Мы можем вылететь из Лиги чемпионов, мне плевать, но главное, чтобы мы играли в футбол! Я не боюсь этого». Гений. Вообще приятно смотреть на этих специалистов, которым по 50 лет. Тот же Гвардиола — сколько у него, шесть титулов АПЛ за десять лет? С ума сойти просто.
— В 2009 году за «Барселону» играл белорус Александр Глеб. Его переход как-то повлиял на ваши симпатии?
— Слушайте, тогда я не так сильно интересовался, чтобы это как-то могло на меня повлиять. Это потом уже начал пересматривать матчи и осознавать масштаб: ничего себе, Глеб в «Барсе»! Недавно смотрел его интервью, в котором он говорил, что переход из «Арсенала» в «Барселону» был ошибкой. Но для постсоветского пространства это просто уникальный спортсмен, который играл на реально мировом уровне в топ-команде.
— Заслужил ли Глеб, чтобы про него сняли большое художественное кино?
— Абсолютно. Глеб для нас, для Беларуси — это уникальный спортсмен. Как минимум крутую документалку он обязательно заслужил.
— Сами хотели бы его сыграть?
— Мы немного разного типажа, да и возраст уже не тот. Мне скоро сорок, а там надо играть молодого Глеба. Кстати, я недавно сыграл знаменитого хоккеиста и футболиста Всеволода Боброва в одном документально-художественном проекте. А вот Глеба отдадим каким-нибудь молодым артистам. Я люблю, когда в байопиках есть реальное сходство. Навскидку даже не скажу, кто бы его мог сыграть. Нужно искать молодых ребят.
— Окунемся в историю белорусского футбола: ту самую победу БАТЭ над мюнхенской «Баварией» в 2012 году помните?
— Да! Мы как раз тогда активно снимали первую «Молодежку». Я смотрел эту игру на ноутбуке прямо на съемочной площадке. Слушай, это те моменты, за которые мы и любим футбол. Когда смотришь, у тебя просто дичайшие эмоции на уровне какого-то огромного выброса дофамина. Гордость — вот правильное слово. Помню, что БАТЭ тогда тренировал Виктор Ганчаренко.
— Он, кстати, с конца прошлого года стал главным тренером сборной Беларуси.
— Это круто! Он классный специалист, уникальный дядька. Я смотрел интервью, где он рассказывал, как они с ЦСКА обыграли мадридский «Реал». Говорит, был такой дикий стресс и перевозбуждение, что они с супругой после того матча поехали отдохнуть на несколько дней — образовалась небольшая пауза в графике. И вот он идет по городу, чувствует прилив энергии, а потом просто падает в обморок. Врачи сказали, что это от огромного стресса вперемешку с такими мощными позитивными эмоциями.
— Следил за их сезоном в КХЛ. «Динамо» в этом году очень хорошо шло, прям красавчики. Обидно, конечно, что вылетели в 1/4 финала плей-офф от казанского «Ак Барса».
— Удалось на «Минск-Арене» в этом сезоне побывать?
— Я в целом на «Минск-Арене» был дважды, на «Чижовке» — пару раз. На «Чижовке», помню, до 2018 года мы с товарищами вели мероприятия, связанные с чемпионатами среди детских хоккейных команд. А вот конкретный матч на «Минск-Арене» был давно, сейчас уже не вспомню.
— Есть желание сходить на матч снова?
— С удовольствием, если будет возможность. Если позовут люди, связанные с командой, я только за, без каких-либо запросов. Мы, кстати, хотели сделать совместный проект с КХЛ: чтобы я и кто-то из хоккеистов «Динамо» ходили по знаковым местам и рассказывали про Минск. Но команда тогда попала в плей-офф, и нам сказали: «Ребята, сейчас не надо отвлекаться».
— Владислав, вы пришли в сериал, который стал абсолютным суперхитом. Из-за роли не было звездной болезни?
— Нет, я такими категориями не мыслю. Во-первых, я пришел в проект уже довольно взрослым парнем, мне было 24 года. Во-вторых, всю эту лишнюю спесь нам педагоги жестко сбили еще на первом курсе ВГИКа. Мы тогда приехали поступать из разных стран: из Беларуси, Казахстана, Украины, Армении, российских регионов. Коренной москвич на курсе был вообще только один. В какой-то момент мы поступили и поймали звезду: мол, мы же студенты главного киновуза!
А преподаватели в первую же неделю опустили нас на землю и доходчиво объяснили, кто мы есть на самом деле. Поэтому я мыслю киношными, сугубо производственными категориями. Я люблю нашу «Молодежку», это классный проект, но прекрасно понимаю, что есть великое, недосягаемое кино вроде «Крестного отца» или «А зори здесь тихие». Так что нос я никогда не задирал, просто честно работал на площадке.
— В новой «Молодежке» ваш герой Андрей Кисляк становится тренером. Как вы искали этот образ?
— Он собирательный. Безусловно, я отталкивался в первую очередь от своей собственной психофизики. Очень многое перенял от тренера Макеева из первой «Молодежки», которого играл Денис Никифоров. Когда долго работаешь с человеком, волей-неволей замечаешь его повадки. Еще я наблюдал за многими хоккейными и футбольными тренерами, подмечал, как они ведут себя в раздевалке. Как уже говорил, что-то хотел перенять от Луиса Энрике, начал пробовать, но понял, что не мое — он более динамичный. Получился такой инструктивно-собирательный образ: моя психофизика плюс актерские фишки Дениса Никифорова.
— Может, на кого-то из тренеров любимой «Барселоны» хотелось походить? Например, на нынешнего тренера Ханси Флика или бывшего — Пепа Гвардиолу?
— Ханси Флика в раздевалке я, кстати, не видел. По-моему, он более сдержанный. Я все-таки более неврастеничный, чем Флик, но менее, чем Энрике. Гвардиола? Ну слушай, может быть. Тут ведь как: либо ты абсолютно статичный и безэмоциональный, как Валерий Лобановский (я его в молодости не видел, но застал уже взрослым, там вообще эмоций не было), либо как Энрике или Антонио Конте, который может сожрать кого угодно. И ты ищешь что-то среднее в этом диапазоне, более похожее на твою психофизику.
— А вы глубоко погружены в тему футбола и искренне им интересуетесь.
— Да, все так. Касаясь «Барселоны», жаль, кстати, что Роберт Левандовский ушел. Реально прикольный слоган запустили на ТВ: «Пришел звездой, ушел легендой». Он же всего за четыре года вошел в десятку лучших бомбардиров «Барсы» за всю историю! Топ-результат. После Месси и Роналду Левандовский по своим бомбардирским качествам железно на третьем месте в мире.
— А если вернуться к первой части «Молодежки», когда вы сами играли хоккеиста, — на кого тогда ориентировались?
— На самом деле ни на кого конкретно. Я шел исключительно от сценарной, драматургической задумки. Мне нужно было играть высокомерного мажорика, поэтому эти краски просто накладывались на мой образ. При этом в жизни я никогда мажором не был и не высокомерил, так что приходилось искать эти черты в себе. Конечно, просматривал и матчи молодежной сборной. Кстати, сама идея «Молодежки» ведь родилась после сумасшедшего камбэка в 2011 году, когда молодежная сборная России выиграла у Канады со счетом 5:3. Продюсеры под впечатлением от этой победы и решили запустить проект. Я отсматривал поведение молодежи на льду, но в целом больше отталкивался от себя.
— Кого чисто физически легче было играть: молодого хоккеиста или тренера на скамейке?
— Тренера стопроцентно легче! Ты просто стоишь на тренерском мостике в костюме и раздаешь команды. Это куда менее энергозатратно, чем носиться по льду. Хотя съемочная смена у актера все так же длится 12 часов. Но вот с точки зрения именно актерской игры тренер сложнее: у тебя гораздо больше текста, больше эмоциональных сцен в раздевалке, где нужно искренне тратиться, толкать ребятам пламенные мотивационные речи.
— После съемок в «Молодежке» вас наверняка часто приглашают на хоккейные матчи?
— Да, я в Москве провожу больше времени, там и зовут чаще. На матчи «Спартака», например, регулярно зовут. У меня ребята знакомые за «Спартак» болеют, а я сам — так, нейтрально.
— Если брать актеров «Молодежки», кто за кого болеет в реальной жизни?
— Я скажу так: у нас Денис Никифоров, который играл нашего тренера Сергея Макеева, — сам коренной москвич. И он с самых ранних лет болеет за московское «Динамо», знает всю их историю от и до. У него просто феноменальные познания. Как раз благодаря этому он познакомился с Олегом Знарком (бывший тренер сборной России по хоккею. — Прим. Onlíner). Знарок тогда нас поводил везде, мы посмотрели, как все устроено на базе сборной России, когда только внедрялись и готовились к проекту.
Другие актеры — Иван Мулин, Александр Соколовский, Иван Дубровский — сами в хоккей играют и на коньках катаются на хорошем уровне. Сам из действующих хоккеистов хорошо знаком и дружу с Андреем Мироновым. Он сейчас как раз в «Спартаке» играет. Недавно вместе собирались: жарили барбекю и отлично посидели.
— Почему характер вашего героя так сильно изменился в новом сезоне?
— Это вопрос к сценаристам. Зрителю неинтересно смотреть на одно и то же из сезона в сезон. Персонажи закончили свою арку, и продолжать их вести по той же линии скучно. Поэтому их характеры максимально повели по диагонали поведенческой линии. С какими-то решениями я согласен, с какими-то нет, но мне повезло — мой герой за эти годы был очень разным, неоднозначным. Играть такого всегда интересно.
— Будет ли третий сезон новой «Молодежки»?
— Честно — без понятия. Все зависит исключительно от рейтингов. Даже самый хороший в плане художественной составляющей проект не застрахован от закрытия, если у него низкие цифры. Канал живет за счет рекламодателей. Если рейтинги хорошие — вероятно, продолжение будет.
— В сериале есть команда «Зубры», и тренер у них — герой Александра Соколовского. Кому пришла идея добавить в сюжет такой реверанс в сторону Беларуси?
— Сценарная группа сериала — белорусы, команда Леонида Купридо. Поэтому логично, что они прописали такой международный турнир и вписали туда белорусский клуб. Для меня это приятно было.
— Узнают ли вас сейчас на улицах Минска? Ведь столько времени прошло.
— Буквально сегодня был у стоматолога, подошли девчата лет двадцати, сфотографировались. Причем, казалось бы, когда сериал только выходил, они были совсем маленькими. Вышел новый сезон, и это дало очередную волну узнаваемости. Школьники 16—17 лет смотрят новые серии, а потом начинают пересматривать старые. Идет такое постоянное обновление аудитории.
— Ожидали ли вы, что сериал соберет такие высокие рейтинги на стриминговых сервисах?
— Нет, никто не ждал, что будет такой всплеск. Это стало приятным шоком даже для нас самих. Мы смотрели на эти 800 тысяч оценок и не верили. Видимо, просто пришло время, произошла некая революция в каналах распространения, зритель массово ушел на платформы, адаптировался к ним. И сериал нашел новую аудиторию. Наш проект очень добрый, в нем яркая мотивационная составляющая. Никаких жестких подводных камней.
— Насколько история «Молодежки» остается актуальной?
— Понятно, что хоккей можно снимать по-разному — с матами, грязью, как это любят на стримингах для реалистичности. Но у нас была задача сделать именно семейную, мотивационную историю, и она получилась. Считаю, что сериал актуален по сей день, его можно снимать хоть 30 лет, просто меняя поколения персонажей.
— Владислав, может, на любительском уровне продолжаете играть в хоккей? Навыки катания сохранились?
— Мышечная память, безусловно, осталась. Если встать на коньки, за полчаса можно все вспомнить. Но сейчас у меня нет особой мотивации ходить и играть зимой даже с любительскими командами. У меня есть знакомые, которые продолжили катать, им это нравится. Но в силу времени обычно такие тренировки проходят поздно вечером, часов в девять или позже. Пока доедешь до арены с огромными баулами — полтора часа, потом интенсивная игра, домой возвращаешься к 12 ночи. Нервная система дико взбудоражена, еще два часа уснуть не можешь. Я пару раз покатался и думаю: «Не, я что-то стар для этих дел».
— А хоккейная экипировка осталась?
— Из экипировки у меня остались только коньки, да и те я отдал покататься знакомому предпринимателю и забыл забрать. Говорю ему: «У меня их много, катайся». А все остальное я честно раздарил. Оставил себе на память только одно-единственное игровое джерси из самого первого сезона 2013 года. Вот его никому не подарю, это память.
— Вы упоминали, что у вас есть идеи по поводу съемок кино в Беларуси. Это пока только мысли или дело уже идет к реализации?
— Это уже больше, чем просто идеи. Я сейчас как продюсер запускаю свой первый полный метр: познакомился здесь с ребятами, с киношниками. У меня есть огромное желание и даже внутренняя потребность снять кино от Беларуси, чтобы покатать его по фестивалям. Белорусский кинематограф пока не так широко представлен на международных площадках, да и в целом индустрия здесь развита не так сильно, как в России. Поэтому хочется сделать реально качественное независимое белорусское кино.
У нас уже есть написанные сценарии. Один проект мы сейчас запускаем. Второй тоже полностью готов, а третий мы как раз дописываем — дай бог, к июлю закончим. Хотя со сценариями всегда так: ставишь один дедлайн, а по факту сроки сдвигаются. Нельзя же запускать в работу сырую вещь, надо все довести до ума. В общем, есть одна очень интересная история, и я попробую реализовать ее здесь в ближайший год, если все сложится.
— Это можно назвать переходом от актерства к продюсированию?
— Нет, я же сам себе роль прописываю, и там она конкретно под меня. Это все работает в совокупности. Индустрия одна, просто у меня теперь немножко другая позиция. Но продюсированием я занимаюсь в том числе и для того, чтобы снимать самого себя.
— Если вспоминать известных белорусских хоккеистов, на ум приходит Руслан Салей. Как думаете, его жизнь заслужила полнометражный фильм?
— Безусловно. Такие личности — это огромный пласт для кино. В спортивных байопиках всегда есть мощная идейная и мотивационная составляющая: взлеты, падения, характер, сила воли. Это то, что нужно зрителю. Сейчас, с приходом стриминговых платформ, формат документалистики вышел на очень качественный уровень.
Тут еще дело в том, что масштабные байопики — это дорогое удовольствие. Независимые компании такие вещи на свои деньги не вывезут. Здесь нужна львиная доля государственного финансирования, коллаборация с Министерством культуры. Такие проекты крайне сложно окупить в обычном прокате. Поэтому тут либо должен быть госзаказ, либо продакшены должны плотно сотрудничать с государством. Возьмем того же Александра Медведя — это легенда, три олимпийских золота! Знаю, что готовился проект про него, но, похоже, пока не реализовали.
— А если бы вам предложили роль в таком байопике — например, сыграть того же Медведя, — согласились бы?
— Мне всегда интересен хороший материал. Я отталкиваюсь от драматургии: читаю сценарий и понимаю — резонирует это со мной или нет. Бывает, что темы крутые, а драматургия на бумаге прописана слабо. Если материал сильный — конечно, почему нет? С удовольствием бы поучаствовал. И хотя сам я сейчас больше тяготею к художественному кино, байопик — это очень интересный формат. Может, когда-нибудь и до этого дойду.
Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ng@onliner.by