Десять тысяч шагов

Собрать трех Викентьевых вместе — папу Алексея, маму Елену и их 26-летнюю дочь Марину (теперь ее фамилия Кузнецова) — оказалось непростым делом. У каждого свой график: рабочий, тренировочный, — а к делу эти люди подходят серьезно. Для понимания: чтобы освободить вечером время для интервью, Елена встала в пять утра и провела тренировку до рабочего дня — полтора часа на велостанке. Алексей тренироваться стал сразу после интервью — у него беговая сессия. Марина отправилась плавать. Полноценный спортивный график, встроенный в обычную жизнь непрофессиональных атлетов. Как эти люди дошли до такой жизни?

— У меня все началось в 40 лет, когда мне вдруг всерьез прихватило спину. И вот тогда я задумался: как вообще жить дальше? Годы идут, мой вес в тот момент — 105 килограммов, было понятно, что все это неправильно, что нужно срочно что-то менять, — рассказывает Алексей.

Своего рода кризис среднего возраста. Только вместо косухи и мотоцикла мужчина выбрал что-то другое.

— Я начал с ходьбы — те самые 10 тыс. шагов. Хорошо, думаю, мне это подходит. Больше я в спорте все равно ничего не умел: ни бегать, ни плавать толком, — а ходить — это несложно. Я купил себе простенький браслетик и стал в свободное время шагать. Одновременно с этим пересмотрел свое питание, начал сбрасывать вес.

В это время младший сын Викентьевых — Федор — всерьез занимался плаванием. Об этом мы еще поговорим позднее. А пока понимаем: папа привозит сына в бассейн, общается с тренером, разговор заходит про самого Алексея. Тренер слушает про ходьбу на математический результат и предлагает: «А может, вам поплавать?»

— Почему нет, думаю: интересно научиться, да и плавание, как говорят, полезно для спины, — продолжает собеседник. — Так я стал посещать бассейн пару раз в неделю.

Следующий этап — у тренера по плаванию есть знакомый тренер по триатлону. Этот тренер узнает про Алексея, который уже ходит с большим успехом и немного плавает. Он зовет мужчину на тренировки по бегу. Тот соглашается.

— Как сейчас помню: первое занятие, я думаю, ну, километра три пробежим, как на норматив в школе. А оказалось, что три километра — это только разминка. Ну ничего, втянулся.

Дальше — больше. Алексей узнал, что такое Ironman. В 40 лет мужчине узнавать такое рискованно: у мужчины появляется цель, мужчина начинает готовиться.

Так и вышло, что путь от первых 10 тыс. Шагов до первого триатлона занял у нашего героя пару лет, а до первого завершенного Ironman — около семи.

Мама может

Мы обещали вернуться к младшему члену этой семьи — Федору Викентьеву, который, к слову, в настоящее время является обладателем национального рекорда в беге на 3000 метров среди спортсменов до 18 лет (08:25.08). Но это сейчас, а тогда, представим, ему исполнилось 6.

— Как и у многих деток, у Феди начались проблемы со стопами, — рассказывает его мама Елена. — И врач сказал: хотите исправлять свое плоскостопие — идите плавать. Я записала его в бассейн — и, что называется, понеслось. У меня к тому же брат — мастер спорта по плаванию, может, есть какая-то генетика. В общем, у Федора стало получаться.

Сын — пловец, участвует в соревнованиях. Семья катается с ним по всей стране, возит на соревнования, поддерживает с трибун. Ну а где плавание — там и весь остальной спорт, потому что плавание дает прекрасную базу, общую физическую подготовку. В бассейне талантливого парня заметил тренер по триатлону. Попробовали — стало получаться и там. Парня определили в училище олимпийского резерва.

— Для меня, как для мамы, это было своего рода трагедией: Федя же учился в гимназии, у него там английский каждый день, сильная математика, и вдруг в восьмом классе — спортивное училище. Мне было трудно смириться, но пришлось, — говорит женщина.

Но это история Федора, а его родители в то же время про спорт ни сном ни духом. Первым стало затягивать отца — те самые 10 тыс. шагов. И Елена постепенно оказалась в меньшинстве в этой уже спортивной семье.

— Я с детства недозанималась спортом, видимо, и сейчас компенсирую, — смеется она. — Меня же мама забирала из всех секций! У меня ведь данные, я в баскетбол играла — мама сказала: «Будешь еще выше, чем есть!» Из плавания она меня тоже забрала: «Ты видела, какие у пловчих плечи, куда ты?» Мама хотела, чтобы я играла на фортепиано. И она победила физруков, которые упорно ставили меня на все соревнования.

Но жизнь свое возьмет. Поставьте себя на место Елены: сын соревнуется, муж уже сделал Ironman, а мама — группа поддержки. Ездит по соревнованиям, болеет, водичку подает, когда нужно.

— В какой-то момент мне в голову пришла мысль: а я ведь тоже могу! И году в 2017-м или 2018-м я стала бегать. Этот момент я и считаю началом своей спортивной истории.

Плавание стало вопросом времени, ну а там и до серьезного велосипеда оставалось недалеко. Судьба не спрашивала и вела третью Викентьеву в триатлон.

Три в одном

И все-таки почему именно триатлон? Почему нельзя было, например, только бегать или только плавать?

— Мы и бегали, и плавали. Велосипед тоже всегда был где-то рядом. Мы часто выезжали с семьей летом в Прибалтику, когда это не было так сложно: грузились в большой минивэн, брали велики и ехали отдыхать, — рассказывает Елена. — Но заниматься чем-то одним — это, как мне кажется, грустновато. А триатлон не монотонный: сегодня ты пошел поплавал, завтра — побегал, через день — педали покрутил. Дистанций много, стартов повсюду море! Ты не стоишь на месте, всегда есть чем заняться.

— Но ведь и затрат гораздо больше. Бегуну нужны кроссовки — и все. А триатлонисту?

— Про бегуна и кроссовки — это спорный вопрос. Смотря как бегать, — вступает в разговор Марина. — Во-первых, разные дистанции — разные кроссовки. Пара для быстрых тренировок, пара для длительных работ, боевая пара для соревнований. А если это ультрадистанции, то еще жилет купи, гидропак купи, слоты купи, ОФП все равно нужно делать — значит, нужно ходить в тренажерный зал. А там думаешь: ну, еще купальник и очки куплю — и можно поплавать.

— А еще велосипедик купил — вот тебе и триатлон, — добавляет Елена.

— Ага, велосипедик — вот тут поподробнее. Иной велосипедик для триатлона может пробить какой угодно бюджет.

— Прошлый сезон я откатала на обыкновенном MTB, например, — невозмутимо говорит Марина. — Потом, когда стало понятно, что нужно тренироваться по-серьезному, задумалась о покупке спортивного велосипеда. У нас были соревнования в Китае, и оттуда я привезла себе карбоновый велосипед на Shimano — полный порядок. Он обошелся мне, условно, в $1000 в эквиваленте. Это тоже такие неочевидные плюсы азиатских стартов. У меня примерно в это же время знакомый покупал себе велосипед — тоже китайский, тоже карбоновый, но через людей, которые поставляют их сюда. Заплатил за него в итоге 10 000 рублей.

У Елены велосипед был куплен на барахолке. То есть да, траты есть, но это не обязательно что-то запредельное.

— И все же сколько у вас пар кроссовок?

— Не много, не много, — наперебой отвечают дамы.

— Пар шесть-семь будет, — скромно говорит Алексей. — Но бег — это мой лучший вид.

Бывают ли выходные у спортсмена-любителя?

Хорошо, допустим, люди просто заскучали и нашли занятие по интересам. Но у них же амбиции: «тумбочка» (так у спортсменов принято называть пьедестал почета), личные рекорды, максимальные дистанции — просто по приколу это не приходит, такое требует больших усилий.

— Как вы все успеваете? Вы не работаете?

— Нет, я работаю, у меня полный рабочий день в офисе. Но слушайте, я взрослая женщина, мне 48 лет, мои дети выросли. Дочь замужем, живет отдельно. Сыну 17, но у него тоже своя жизнь, сборы, соревнования, ему мама так, как раньше, уже не нужна. И я могу позволить себе распоряжаться своим временем: пойти тренироваться, в выходные могу проводить длительные тренировки, — отвечает Елена.

— Чем длительная тренировка отличается от недлительной?

— Тренировка зависит от плана и от конкретного цикла в тренировочном расписании. Это может быть интервальная тренировка, могут быть два вида сразу. Что тренер написал, то ты и делаешь. Мы все занимаемся с тренерами, причем у каждого свой. Ну а длительная: вот, например, у меня сейчас стоят велотренировки — 3 с половиной часа нужно открутить — это длительная. Значит, нужно выезжать куда-то за город, прокатить это с хорошим темпом в реальных погодных условиях. Ветер — значит, ветер, дождь — значит, дождь. Приезжаешь с такой тренировки грязнючая, но довольная: надо — значит, надо. На велостанке всего не сделаешь. 180 километров сами себя не проедут.

— Если бы только 180 километров…

— Ну да, — смеется. — Но это же интересно!

Тренировочные программы — это та причина, по которой семья с одним увлечением редко тренируется вместе. У всех разный уровень подготовки, у каждого своя программа, свой тренер и своя задача. Это еще хорошо, что в триатлоне у наших героев по одному тренеру, а то ведь видов программы три.

— А без тренера никак?

— Без тренера не понятно, что делать и как делать, — говорит Марина. — Мой личный опыт: я как-то сама бегала в школе. Понятно, что никакой техники не было, прогресса особого тоже не было. Но добегалась до серьезной травмы колена — разрыва мениска. А тренер дает задания, ты их выполняешь, даешь тренеру обратную связь, исходя из этого, он корректирует нагрузку, план. Плюс у самого к себе всегда есть какая-то жалость. Ты думаешь, что нормально, а тренер видит: не нормально. И говорит, в чем нужно добавить.

— То есть понемногу начинать заниматься спортом самостоятельно можно. Но если есть желание делать это всерьез и прогрессировать, без тренера никак, — соглашаются родители.

На тренировки, по их словам, уходит по 11—13 часов в неделю. Причем это именно активные тренировки, восстановление здесь не учитывается, хотя играет не менее важную роль. Тренируются так называемые любители каждый день.

— В субботу и воскресенье — длительные тренировки, в понедельник — день отдыха, ну максимум легкая ОФП, растяжка, — перечисляет Елена.

— С вами, спортсменами, не сладишь. Так день отдыха или ОФП?

— Это же не считается! — в один голос говорят мама с дочкой. — Считается только то, что тренер написал в программе. Если Garmin тренировку не записал, значит, ее не было.

— Электроника — обязательная история даже для любительского спорта?

— Да, — в один голос подтверждают все. — Она может быть не слишком навороченной, но что-то элементарное для понимания пульса, замера временных отсечек — это важно. Опять же тренеру нужен отчет с тренировки, и отчет этот должен опираться на конкретные параметры.

В семье самый продвинутый по этой части — Алексей. У него даже измеритель мощности на велосипеде есть — ценный подарок на юбилей.

— Так он весь свой виш-лист расписал одними гаджетами! — смеется супруга.

Минский триатлон

Прямо сейчас Викентьевы готовятся к участию в Минском триатлоне, который пройдет 24—26 июля.

Алексей и Елена заявились на «железную» дистанцию — «Полная 226», которая в этом году впервые представлена в рамках Минского триатлона. Это именно то, что называют Ironman: плавание 3800 метров + велогонка 180 километров + бег 42,2 километра.

Елена будет проходить свой первый «айрон», у нее задача финишировать. Алексей уже дважды проходил Ironman, поэтому в этом году хочет улучшить личный рекорд.

— Два раза я делал эту дистанцию примерно за 10 часов 50 минут.

— О чем человек думает в это время? Страдает?

— Перед стартом — мандраж, драйв, тебя бодрит невероятно. Потом начинается: у тебя чуть больше часа плавания. Это недолго, на самом деле, — рассказывает Алексей.

— Да ладно?

— Да. Там смотришь на ситуацию: чтобы не столкнуться, чтобы тебя не притопили, где буйки, обозначающие траекторию, кого можно обогнать и так далее. Потом велосипед — для меня это самое тяжелое. Но когда много народу, когда это не круг, а полноценная трасса, едешь нормально, думаешь, что бы тебе съесть и когда, где вода, где изотоник, кто тебя обогнал, кого ты обогнал. Час за часом — и шесть часов прошли. Остался бег, и там уже как трасса выстроена. Поначалу присматриваешься, потом начинаешь терпеть, потому что, конечно, тяжело. Наступает момент, когда остается только один вопрос: зачем тебе все это нужно? А затем уже просто бежишь на финиш, потому что осталось немного и почти все уже позади. И вот ощущение после финиша, радость, эйфория, понимание того, что ты это сделал, — это компенсирует все.

«Лежи на диване? Меня это не устраивает»

Марина после «Спринта» (750 метров / 20 километров / 5 километров) в прошлом году в этот раз заявилась на «Олимпик» (1000 метров / 45 километров / 10,5 километра) — олимпийскую дистанцию триатлона.

— Как ты со своей травмой справляешься?

— Я занимаюсь с реабилитологом, закачиваю колено, чтобы не делать операцию. Да и вообще, я девчонка спортивная, меня, в отличие от мамы, ни из каких секций в детстве не забирали. Физру я всегда уважала, просто поначалу ничем не занималась всерьез, — рассказывает Марина. — А потом, когда врач сказал: мол, все, добегалась, теперь ничего нельзя, лежи на диване, — я поняла, что меня это не устраивает. Когда острый период боли прошел, я пошла на растяжку, стала заниматься верховой ездой, делать прочие спортивные штуки. Потом решила, что нужно плавать: нагрузка же не ударная — значит, можно. Захотела переплыть Босфор, но при этом плавать я нормально не умела, буквально боялась опустить голову в воду. Пошли с мамой и мужем на занятия, научились, и с мужем мы Босфор переплыли. Хотела потом еще раз, но сейчас слоты стоят столько, что я пока отложила эту идею. Зато переплывала Минское море.

— Плавание — твой сильный вид, очевидно?

— Да, я плаваю, у папы любимый вид — бег, а мама меня легко объезжает на велосипеде.

— Хорошая бы эстафета получилась.

— Ну да! Но я решила только плаванием не ограничиваться. Мне все нравится, мне не скучно, но, скажем так, не понятно, что делать дальше: какие дистанции плыть, какие вызовы ставить. А в триатлоне — интересно. «Спринт» мне понравился, сейчас попробую старт посерьезнее.

— После этого — Ironman?

— Посмотрим, — улыбается девушка. — Но семейные традиции, конечно, обязывают.

Семейная история

Заняться спортом «с понедельника» — эта история знакома многим. Но заниматься им год за годом, не пропуская тренировки, не разваливая при этом личную жизнь — это достижение похлеще Ironman.

— В чем секрет?

— Моя история — про семейный движ. У меня просто не было другого варианта: когда муж и сын занимаются спортом — куда деваться? Я все равно уже понимала и про правильное питание, и про тренировки, и про режим — оставалось только начать самой, — пожимает плечами Елена. — Думаю, наш секрет — это коллективность, когда один тянет другого. Плюс это наш досуг, наши путешествия, наш круг общения. Люди, которые занимаются триатлоном, — это интересные люди. Это люди, которые, на мой взгляд, уже поняли определенные вещи в жизни. В целом спорт становится стилем жизни, не просто тренировками.

— Тренировки прочищают мозги. Я не бегаю в наушниках, ничего не слушаю. Я делаю то, что я делаю: если я бегу, то я бегу, думаю о плане на тренировку, о том, что я должен делать. Это тоже тренировка своей головы — а все именно в голове, и Ironman — это преодоление самого себя, — отмечает Алексей. — Это интересно! До 40 лет я в каком-то смысле лежал на печи, ничего не делал, а потом год за годом стал приводить себя в порядок. И я вижу результат: я похудел на 30 килограммов, приобрел какую-то форму, есть прогресс. Успех — он сам по себе огромный мотиватор. А наши старты в Беларуси и за границей — это наш семейный отдых, это впечатления, драйв, который, в конце концов, помогает не выключаться. Запланировали семьей бежать марафон в Мадриде, а он через год. И вот у вас есть год как на подготовку своей формы, так и на решение логистических вопросов. Получается такое почти приключение. Весь наш туризм сейчас — это спортивный туризм.

— Похоже, в этом году удастся сильно сэкономить на логистике.

— О да, Минский триатлон — шикарный подарок для всех спортсменов. Не нужно платить за перелеты, за гостиницы. Финишировал, такси вызвал, приехал домой — все. От такого не отказываются, — в один голос говорят Викентьевы.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by